«Выбор должен быть у каждого». Женщины, сделавшие аборт, объясняют, почему его нельзя запрещать


27 сентября патриарх Кирилл подписал «Обращение граждан России» за запрет абортов. «Мы, граждане Российской Федерации, выступаем за прекращение существующей в нашей стране практики легального убийства детей до рождения и требуем внесения в законодательство изменений», — говорится в тексте. Кроме того, обращение призывает запретить все виды репродуктивных технологий, например, ЭКО. Позицию патриарха поддержали Верховный муфтий России Талгат Таджуддин и детский омбудсмен Анна Кузнецова. 
  Больше интересного - в нашем Telegram-канале https://t.me/zrklo


The Insider поговорил с женщинами, прошедшими через аборт, которые рассказали, почему им пришлось его сделать. А медицинский директор клиники «Семейная» Павел Бранд объяснил, почему легальный запрет не уменьшит число абортов, а лишь снизит рождаемость и приведет к росту числа убитых или брошенных матерями детей.

Анна: 

1995 год. Мне 17 лет. Вступительные экзамены в университет, которые нельзя завалить, — моя мать не потянет репетиторов еще один год. Она работает круглые сутки, таская тяжеленные «челночные» сумки, набитые одеждой и косметикой. Все это мать продает в холлах госучреждений и научных институтов, чтобы прокормить нас с сестрой и брата. И чтобы оплатить репетиторов.

Он на 5 лет старше меня. Мой первый мужчина. Я влюблена до полной потери сознания. Но не осторожности. Он предохраняется. Он считает, что этого достаточно. Я так не считаю. Я пью таблетки. Недостаточно. Я долго не верю, когда прихожу на прием к врачу. Как же так, я же принимала противозачаточные! У меня же только что были месячные! Врач разводит руками — так бывает.

Мужчина моей мечты сливается моментально. Он «не уверен, что это от него», денег у него нет, жениться на мне он тоже не собирается.



Мужчина моей мечты сливается моментально. Он «не уверен, что это от него», денег у него нет, жениться на мне он тоже не собирается. Просить денег у матери я даже не думаю — у нее их просто нет. Деньги на общую анестезию одалживает мне приятель. Была ли у меня тогда хотя бы мысль поступить по-другому? Нет. Я была воспитана с мыслью, что дети — это ответственность. Рожать нужно тогда, когда ты можешь вырастить ребенка. Самостоятельно. Для этого нужно получить образование, профессию, или, как минимум, начать зарабатывать. У меня ничего из этого на тот момент не было. Я не могла повесить еще одного ребенка на шею матери, которая и так вкалывала на нас троих. Не могла ее подвести.

Я приняла решение. Сама. На меня никто не давил.

У меня был выбор. Он должен быть у каждого. У каждой. Всегда. Это — наша ответственность.

Екатерина: 

А если бы у нас был ребенок? Я бы отказалась от учебы и карьеры

Я забеременела случайно, когда мне было 17 лет. И даже несмотря на то, что мы были в серьезных отношениях с моим тогдашним молодым человеком, мы решили, что не потянем ребенка. У нас не было заработка, мы должны были поступать в университет через несколько месяцев, наши обе мамы тоже не могли бы нам помочь, так как воспитывали нас одни и много работали. В моей женской консультации мне предложили сделать вакуумный аборт, который был более безопасный, чем обычный, и, что немаловажно, бесплатный. Операция прошла гладко, хотя и было очень тяжело на душе. Через год мой молодой человек стал мне изменять, так как у молодого красивого студента, любящего веселые компании, было слишком много соблазнов вокруг, в итоге он просто ушел к другой. А если бы у нас был ребенок? Я бы отказалась от учебы и карьеры ради малыша, а папа бы в это время гулял и изменял мне, а потом бы вообще нас бросил? Я понимаю, что ни одна семья не застрахована от расставания, но все же, когда ребенок рождается в результате осознанного решения обоих родителей, есть гораздо больший шанс, что родители смогут с радостью посвятить себя заботе о малыше, смогут его обеспечить и вообще будут счастливы вместе, а малыш будет расти любимым.

Сейчас, спустя 15 лет, мы не жалеем о том нашем решении, ведь каждый смог закончить институт, сделать карьеру и создать крепкие семьи. По смешному совпадению мы практически одновременно встретили наших вторых половинок и родили детей.



Мне кажется, очень важно, чтобы молодые люди могли быть готовы, морально и материально, к рождению ребенка. Это должно быть совместное и осознанное решение двух взрослых людей, которые готовы и хотят семью. Если девочка-школьница или студентка попадает в такую ситуацию, что ей нужно рожать ребенка, при этом у нее совсем другие планы по жизни, у нее нет денег, некому ей помогать, а мужчина вообще оказался подонком, какой будет ее жизнь и жизнь ее ребенка? Конечно, есть масса примеров, как женщины героически вытягивали на себе детей. Но были ли они счастливы, лишившись той короткой и прекрасной поры беззаботной молодости?

Поэтому, по моему мнению, для планирования семьи легальные аборты просто необходимы. И именно легальные и профессиональные. Ведь именно запрет порождает нелегальную деятельность, которая может быть чревата для здоровья и для возможности повторной беременности.

Марина:

Я сделала аборт, когда мне было 23 года, тогда моему сыну еще не было года. Я всю эту историю помню как в тумане, он был совсем маленький, плохо спал, плохо набирал вес. Мой муж работал целыми днями, чтобы обеспечить нас, это происходило в самый разгар кризиса. Ни моя мама, ни его помогать нам не захотели, поэтому моя жизнь была похожа на день сурка — одна наедине с малышом.

Если бы я могла повернуть время вспять, я точно поступила бы так же.

Все друзья тогда еще и думать не хотели о детях, в голове у них, понятное дело, были вечеринки, романы, клубы, марихуана и сплошное веселье. В общем, я была страшно одинока и много плакала. Неудивительно, что беременность стала для меня просто трагедией. Не то чтобы я совсем не жалела о том, что сделала аборт. Конечно, имея на руках малыша, я не могла не думать, что это мог быть ему брат или сестра. Но в том отчаянном положении, что я оказалась, без помощи, без поддержки, я физически и психически была неспособна взять на себя ответственность за еще одного человека. Тогда сделать аборт было относительно легко, стоил он около 4 тысяч — просто заказываешь по интернету специальные таблетки. Они вызывают кровотечение и выкидыш.



О своем здоровье я тогда совсем не думала, но этот эпизод не помешал мне родить потом еще двух детей. Правда, с мужем мы расстались. Если бы я могла повернуть время вспять, я точно поступила бы так же. Когда я думаю обо всех несчастных девушках, которые не имеют нормального дохода, постоянного надежного партнера, на которого можно опереться, чутких родителей, я понимаю, что иногда лучше сделать аборт, чем обрекать себя и маленькое существо на несчастье. Не говоря уже о тех детях, которых нежеланными рожают и выбрасывают, душат, выкидывают из окон. Пусть у женщины остается выбор.

Павел Бранд, кандидат медицинских наук, медицинский директор клиники «Семейная»

Сейчас этот запрет пытаются преподнести как вывод абортов из системы ОМС — это совершенно катастрофическая история, мы ее не раз уже переживали. С 1936 по 1955 год аборты в СССР были запрещены, привело это к ужасным последствиям, к огромному количеству искалеченных судеб. Это известная история, достаточно почитать «Казус Кукоцкого» Людмилы Улицкой, чтобы восстановить все в памяти.

Есть и официальные данные о том, что в период с 1936 года до 1941 года количество немедицинских абортов было огромно, из всех абортов, выполненных в стране, немедицинских было до 95% по отдельным областям. При этом общее их количество было примерно такое же, как до запрета.

В первую очередь это искалеченные женщины, потому что все аборты носили полукриминальный, полу- , скажем так, любительский характер и приводили к тяжелейшим осложнениям, к невозможности в дальнейшем иметь детей, а часто и к смерти женщины.



На этом фоне быстро растет статистика по детоубийству рожденных детей

На этом фоне быстро растет статистика по детоубийству рожденных детей, это тоже изученный факт. А также, конечно, растет количество оставленных детей, в том числе брошенных в мусорные ящики, в отсутствие, как мы недавно узнали, перспективы появления беби-боксов. Параллельно мы начинаем сажать женщин, которые и так сами себя убивают при помощи прекрасных людей, которые делают им аборты — знахари, бабушки в деревнях и прочие товарищи, которые никуда не делись, просто их стало меньше. Глобально они могут поднять тот объем, который возникнет на спросе и дать стабильное предложение. Мы обрекаем врачей, которые даже и в 1930-е годы частенько покрывали женщин, решавшихся на полукриминальные и криминальные аборты, на так называемые неполные аборты: врачи покрывали, потом врачей за это судили, сажали в тюрьму. Все это здорово и очень современно — 21 век на дворе.

Эти женщины могли родить после качественно выполненного аборта — да, есть определенный процент осложнений, но он действительно маленький. Криминальный аборт — это обычно большой процент осложнений, которые приводят к бесплодию. То есть, якобы стремясь к повышению демографии, мы демографию снижаем, и параллельно уничтожаем один из самых эффективных способов ее повышения - вспомогательные репродуктивные технологии, экстракорпоральное оплодотворение. 

В петиции следующим пунктом после аборта идет запрет вспомогательных репродуктивных технологий. Соответственно, мотивируется это тем, что в процессе ВРТ (вспомогательных репродуктивных технологий) происходит аборт вне женщины, то есть убийство эмбрионов, которые получаются путем искусственного оплодотворения.

Зачатие детей путем ВРТ плюс-минус сопряжено с получением большего количества эмбрионов, соответственно, остальные эмбрионы либо замораживаются, либо уничтожаются, извините, это необходимо. Возникает такая интересная мысль: цель происходящего — уничтожить демографию сначала одним путем, потом ее добить другим путем.

Я неоднократно про это писал: экстракорпоральное оплодотворение — это самый экономически эффективный способ улучшения демографии, несмотря на достаточно высокую стоимость. Больше того, это самый правильный путь, потому что женщины, которые решаются пойти на экстракорпоральное оплодотворение или воспользоваться другими способами искусственного оплодотворения, наиболее комплаентны по отношению к родившимся детям.

Это дети желанные, дети востребованные, дети зачастую выстраданные, поэтому им отдается больше внимания, они получают лучшее образование, чем в среднем по популяции, больше заботы, больше внимания, и становятся такими же гражданами, как дети, рожденные естественным путем.

Мы забываем о том, что есть не только право нерожденного ребенка на жизнь. Это философский вопрос, является ли это уже жизнью или не является, мы забываем за этим о праве женщины распоряжаться собственным телом. Потому что они все-таки этим телом владеют, почему бы они не могли поступать так, как им нравится? Мы таким образом говорим им: вы по-настоящему неполноценные люди, вы некие контейнеры для воспроизведения новой жизни. На мой взгляд, для современного человека такой подход архаичен.

Я, например, не сильно бы удивился, если бы такой закон был принят в Греции, потому что там 96% людей себя причисляют к православному населению и православным верующим. Но в России все-таки процент истинно верующих не столь велик, и когда церковь выступает за такие инициативы, пытаясь подгрести под себя не только верующее население, но и неверующее тоже, которое все-таки в немалом проценте представлено в Российской Федерации, роль церкви кажется мне удивительной.



Мы знаем, что на противоположной стороне у нас есть прекрасный, еще 2000 лет назад испробованный опыт Спарты, где вопрос решался очень просто: аборт не делался, младенца просто скидывали со скалы — то есть здесь вариантов много.

Мы забываем, что в 20 веке главными пропагандистами запрета абортов были власти Третьего рейха.

Мы идем по некоему историческому пути, как обычно, но забываем, что в 20 веке главными пропагандистами запрета абортов были власти Третьего рейха. Демографическая политика Третьего рейха не предполагала абортов, потому что брак — это не некий институт семьи, а это фактически ячейка для воспроизводства арийской расы. Соответственно, ни о каких абортах речь идти не может. Это написано в Mein Kampf, и это являлось одним из постулатов демографической политики фашистской Германии. В принципе, запрет абортов — это диктаторская история, которая, к сожалению, неправильно трактуется, и ничего гуманистического глобально, конечно же, в этой идее нет.

Да, там есть некий гуманистический посыл, но он настолько не соотносится с гуманистической реальностью, что проще считать, что там просто нет гуманизма. Причем понятно, что сам по себе аборт — это не очень хорошая история со всех точек зрения, кроме решения женщины. Но запретами такие вопросы не решаются.


Комментариев нет

Технологии Blogger.