Машенька улыбнулась

Первое слово Машеньки было «вкусно».

Не «мама», не «папа» — «вкусно». Ей было два года, бабушка Нина дала ей оладушку с вареньем, и Машенька сказала.

Нина позвонила дочери — той не было, муж Сергей взял трубку.

— Сергей! Маша сказала первое слово!

— Что сказала?

— «Вкусно»!

Сергей помолчал. Нина слышала как он что-то сказал — негромко, для себя. Потом взял трубку снова.

— Нина Павловна. Когда приедете?

— Прямо сейчас могу.

— Приезжайте. Я пирог испеку.

— Какой?

— С яблоками. Машка любит.

— Она ещё не знает что любит, ей два года.

— Узнает, — сказал Сергей.

Нина приехала через сорок минут. Пирог стоял на столе — большой, с золотой корочкой.

— Сам испёк?

— Сам.

— Надо же.

— Я умею, просто не часто.

Машенька сидела на диване и смотрела на Нину серьёзно.

— Маша, — сказала Нина. — Это дедушка Серёжа.

— Дед, — сказала Маша.

— Уже два слова, — сказал Сергей.

— Дед, — повторила Маша. Потом улыбнулась. Широко, беззубо.

Сергей смотрел на неё. Потом кивнул — как будто соглашался с чем-то внутри.

Пришла дочь. Увидела маму, Сергея, пирог, Машеньку.

— Что тут происходит?

— Маша сказала «дед», — сообщила Нина.

— Пирог ещё, — добавил Сергей. — Садись, остынет.

Сели. Ели пирог. Машенька сидела рядом с Сергеем и брала кусочки у него из тарелки.

— Маш, — сказал Сергей. — Это мой кусок.

— Дед, — сказала Маша.

— Ну ладно, — согласился он. — Бери.

Нина смотрела на зятя и внучку.

Зять с которым они почти не разговаривали пять лет — всегда вежливо, правильно, без тепла.

Теперь сидел и отдавал кусочки пирога маленькой рыжей девочке которая называла его дедом.

— Сергей, — сказала Нина.

— Что, Нина Павловна?

— Вы умеете печь пирог.

— Умею, — сказал он. — Давно умею. Просто не было повода.

— Теперь есть.

— Теперь есть, — согласился Сергей.