Свёкор

Тамара узнала правду в октябре — через год после смерти свёкра.

Позвонил нотариус.

Свёкр Павел Сергеевич оставил ей дом. Не мужу — ей. Тамаре.

В конверте с завещанием лежала записка.

«Тамара. Я видел всё. Видел как ты поднимаешь детей одна когда Виталий в командировках. Видел как не жалуешься. Один раз видел как ты плакала на кухне ночью — думала не слышу. Слышал. Ты хороший человек. Дом — твой. Делай с ним что считаешь нужным. Павел».

Тамара прочитала. Позвонила мужу.

— Виталий, приедь домой. Нам надо поговорить.

— Что случилось?

— Приедь.

Виталий приехал. Тамара положила письмо на стол.

— Прочитай.

Он читал. Долго.

— Отец это написал?

— Отец.

— Он знал что...

— Он всё знал.

Виталий сидел. Молчал.

— Тамара. Я...

— Погоди, — сказала она. — Дай скажу я.

— Говори.

— Я устала одна. Физически и вот так — — она показала на грудь. — Я не говорила потому что не знала как. Твой отец увидел. И сказал мне что увидел. После смерти — но сказал.

Виталий смотрел на жену.

— Что ты хочешь?

— Хочу чтобы ты был дома. Чтобы дети видели тебя. Чтобы ты знал как зовут их учителей.

— Я знаю.

— Знаешь?

Он помолчал.

— Не всех.

— Вот, — сказала Тамара.

Виталий взял письмо. Перечитал.

— Отец, — сказал он тихо. — Вот отец.

Тамара ничего не добавила.

Несколько дней Виталий был странным — не говорил лишнего, приходил домой раньше чем обычно. Однажды сам забрал детей из школы — Тамара не просила.

Пришёл, поставил их ранцы у двери. Сел на кухне.

— Учительница у Серёжи — как её зовут?

— Ирина Дмитриевна.

— А у Ксюши?

— Марина Олеговна.

Виталий кивнул. Записал в телефон.

— Зачем? — спросила Тамара.

— Чтобы знать.

Она смотрела на него.

— Виталий.

— Что.

— Позвони в понедельник Ирине Дмитриевне. Скажи что ты папа Серёжи. Она удивится.

— Почему?

— Потому что за три года ты ни разу не позвонил.

Он молчал.

— Позвоню, — сказал он.

Позвонил.

Через два месяца перешёл на другую работу — поближе, меньше командировок. Сам нашёл, сам договорился. Тамаре сказал уже когда всё решил.

Однажды за ужином младший спросил:

— Пап, ты теперь всегда будешь ужинать с нами?

— Стараюсь, — сказал Виталий.

Не «всегда». Стараюсь — честнее.

Тамара смотрела на мужа.

— Хорошо, — сказала она.