НЕ ТОТ АЛЕКСЕЙ
Лялечка стояла перед зеркалом и в третий раз меняла серьги.
– Ну что, Кнопка, – обратилась она к собачке, – эти или те?
Кнопка зевнула.
– Спасибо за поддержку.
Она посмотрела на часы. Ещё полчаса.
Странное волнение. Обычно она чувствовала себя уверенно – кавалеры сами вились вокруг неё. А тут…
– Глупости, – решила она, ещё раз оглядев себя в зеркало. – Ты – лучшая!
Может, всё дело в том, что Алексея она ещё не видела? Три недели телефонных разговоров – но ни одной встречи.
Три недели, и ни разу мне не удалось его переговорить, – неожиданно подумала девушка и усмехнулась.
Лялечка вздохнула и взяла сумочку.
Пора.
ТРИ НЕДЕЛИ НАЗАД
– Боже, когда ж ты, наконец, замуж выйдёшь и съедешь! – вздохнул за ужином папа-нейрохирург.
Он только вернулся после многочасовой операции и надеялся на тихий вечер с томиком Стругацких.
А Ляля уже полчаса трещала без умолку, проводя сравнительный анализ советской и зарубежной фантастики.
– Пап, ну ты же сам говорил, что Стругацкие – это вершина…
– Говорил. Давай в другой раз? Сейчас я хочу тишины.
Ляля обиделась и замолчала – на целых две минуты.
– Да, кстати, о замужестве, – вдруг оживился отец. – Помнишь доктора Спектора – главврача поликлиники, где я подрабатывал?
– Ну?
– У него есть сын. Говорят, очень достойный юноша. Спектор попросил твой номер – чтобы вас познакомить. Я разрешил.
Лялечка скривилась.
Все эти подстроенные знакомства – так старомодно. И потом, это же для дурнушек и старых дев, а ей-то зачем?
Но перечить родителю она не решилась.
ПЕРВЫЙ ЗВОНОК
«Достойный юноша» выдержал паузу и позвонил через несколько дней.
– Алло?
– Здравствуйте. Это Алексей. Вам папа говорил?
– Говорил, – ответила Ляля сухо, но уже с лёгким интересом. Голос приятный.
– Вас мой отец очень хвалил. Сказал, что вы… необыкновенная.
– Ну, не знаю, – засмеялась она. – Обыкновенная студентка. Второй мед, педиатрия. А вы?
– Первый. Буду хирургом…
Понятно – это объясняло слегка самоуверенный тон.
Они разговаривали час.
Потом – ещё два.
Потом – почти каждый день.
Алексей рассказывал о кошке Марьяне, о любви к фантастике и о том, как переживает из-за своей фигуры – не слишком ли худой, не слишком ли бледный, не слишком ли уставший?
Лялечка слушала, но иногда ловила себя на мысли:
Это вообще-то моя роль.
И еле сдерживалась, чтобы не сказать: «Лёш, да расслабься ты уже». Хотя имя Лёша он не переносил.
Но если не придираться к мелочам, ей всё нравилось.
ВСТРЕЧА НА «ПУШКИНСКОЙ»
Наконец договорились встретиться.
В метро, на «Пушкинской».
Пойти в кинотеатр «Россия» на новый фильм, потом прогуляться до кафе-мороженого «Космос» на улице Горького.
А дальше – будет видно.
Ляля выскочила из вагона и огляделась.
Толпа. Шум. Специфический запах метро.
И вот он – высокий, симпатичный, с букетом роз в руке.
Стоит у колонны, нетерпеливо провожает взглядом каждый состав.
Она подошла решительно:
– Алексей?
Юноша вздрогнул, посмотрел на неё растерянно:
– Простите, а вы…
– Ляля, – строго сказала она и протянула руку – не то для пожатия, не то для поцелуя. И , не выдержав, прыснула:
– Вроде,мы уже на ты… А что голос такой ? Простыл?
Обалдел от моей красоты, – мысленно усмехнулась она.
Юноша замер.
– Ляля? – переспросил неуверенно. – Но я…
– Пошли! – она схватила его за рукав. – Ещё надо бронь выкупить!
– Подождите, я хотел сказать…
– Потом поговорим! – она тащила его к выходу.
Он оглянулся на платформу – будто кого-то искал, – но Ляля уже втянула его в толпу.
Букет роз всё ещё был в его руке.
Он посмотрел на цветы, потом на неё – и сдался.
– Ладно, – сказал он тихо. – Идём.
КИНО И КАФЕ
Фильм им понравился.
Ляля также оценила стильное пальто кавалера с артистически намотанным на шее шарфом домашней, маминой вязки, которым он явно гордился.
Приятный запах дорогого французского одеколона.
Вкусный пломбир с хрустящей корочкой в «Космосе».
И то, что их мнения совпадали практически во всём.
Ну, то есть в основном вещала Лялечка, а он внимал – следил за ней блестящими карими глазами, кивал, соглашаясь.
Иногда в поддержку накрывал её маленькую жестикулирующую ручку своей тёплой широкой ладонью.
Это было так мужественно и сексуально!
– Знаешь, – сказал он, когда они гуляли по вечернему Арбату, – ты такая… – он замялся.
– Какая? – насторожилась она.
– Живая. Непосредственная.
В ответ Ляля послала обворажительную улыбку – такую чарующую, какую только смогла.
На прощание Алексей ,как бы невзначай, снова попросил её номер телефона, посетовав, что потерял записную книжку.
Ляля , конечно, продиктовала – она была влюблена.
ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ
Роман развивался стремительно.
Молодые встречались практически ежедневно и ещё по несколько раз в день перезванивались. Хотелось бы и чаще, но тогда ещё смартфоны не изобрели.
Три месяца спустя Алексей заявил, что любит Лялю, жить без неё не может и хочет, чтобы они поженились.
Лялечка, поломавшись для приличия минут десять, радостно согласилась.
– Надо бы тебя с родителями познакомить, – озаботился жених.
– Не надо пока, подождём с этим, – испугалась девушка.
Несмотря на желание пристроить дочь, семья очень придирчиво относилась к потенциальным кандидатам.
Особенно бабушка.
Никто не был достоин её драгоценной внученьки, а папа с мамой обычно соглашались с её аргументами.
Отказываться от Алексея Ляля не собиралась.
С его родителями тоже не спешила знакомиться – чтобы одни не сообщили другим.
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ ОТЦА
Случай представился где-то через пару недель.
Папа, не любящий шумные гулянки, всё-таки решил справить свой 55-летний юбилей и пригласил гостей.
Лялечка таинственно заявила, что будет не одна.
Гости уже почти собрались, когда Лялечка впустила жениха с букетом гвоздик и бутылкой французского коньяка под мышкой.
– Папа, познакомься, пожалуйста… – торжественно и немного смущённо начала она.
Зазвонил телефон.
– Подожди, я сейчас, – папа бросился к трубке.
Вернулся он, запыхавшись, через пару минут:
– Это был Спектор – дорогу от метро уточнял. Я так рад, что он всё-таки придёт. А то я думал, что он совсем на меня обиделся, когда ты не явилась на свидание с его сыном!
Ляля остолбенела.
– Не явилась?!
Папа посмотрел на неё удивлённо:
– Ну да. Он же мне звонил – говорил, что сын ждал тебя на «Пушкинской» два часа. С цветами. А ты не пришла.
Ляля медленно повернулась к Алексею.
Он стоял у двери – бледный, с букетом гвоздик в руках – и смотрел на неё виноватым взглядом.
– Мы сейчас вернёмся, – прошипела она удивлённому отцу.
Схватила Алексея за рукав и утянула в свою комнату.
ПРАВДА
Ляля закрыла дверь.
Повернулась к нему.
– Погоди, – она говорила медленно, будто боялась неправильно понять. – Что значит «не явилась»?
Алексей молчал.
– Ты не тот Алексей?
Он покачал головой.
– Ты не Алексей Спектор?!
– Нет, – тихо сказал он.– Я Алексей Соколов. Меня друг познакомил с девушкой… Наташей. Я её ждал на станции «Пушкинская». А потом ты подошла и…
– И я тебя просто увела, – констатировала Ляля.
Они стояли в её комнате и молчали.
– Я пытался объяснить, – сказал он. – В первый день. По дороге в кинотеатр. Но ты не слушала.
– Я никогда не слушаю, – согласилась она. – У меня талант.
Кнопка заскулила у двери.
Ляля присела на кровать.
– И что теперь?
Алексей посмотрел на неё – долго, серьёзно, даже слишком.
Потом подошёл и опустился на колено.
– А мне всё равно, – сказал он, – как нас познакомили. Случай или чей-то папа.
– Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. По-настоящему. Без путаницы.
Ляля с облегчением улыбнулась.
– Ладно. Тогда пошли знакомиться с родителями. Только предупреждаю: семья у меня сложная.
– Да и у меня непростая. А ещё кошка с характером.
– Справимся!
Они вышли из комнаты.
В гостиной их уже ждали гости – и среди них, только что вошедший, доктор Спектор с сыном.
Высокий. Красивый. С букетом роз.
Ляля посмотрела на настоящего Алексея Спектора.
Потом – на своего Алексея, бледного от волнения, с букетом гвоздик.
Нет, – подумала она. – Не тот.
И рассмеялась – уже по-настоящему.
– Пап, – сказала она, – у меня для тебя новость. Длинная.
Комментариев нет: