ДЕРЕВЕНСКИЙ ДЕД

Валерке было тринадцать лет, когда он после долгого перерыва приехал к своей бабушке в деревню. Дело в том, что отец Валеры был военным и приходилось их семье жить в разных отдалённых гарнизонах, откуда добираться до бабушкиной деревни было слишком далеко.

Но в последнее время семья осела в родном провинциальном городке, в своём гарнизоне, и мальчик часто самостоятельно ездил к бабушке Ане по выходным, которая не могла нарадоваться его визитам.

- Везёт же тебе, Анна, внук теперь рядом! То и дело у тебя гостит, - завидовала соседка Мария Ивановна, - а наша Олеська на всё лето тоже приезжает, а вот на выходные в учебный год и не дозовёшься. А дед по ней скучает, хоть она и не больно с ним долго беседует, а всё бежит к подружкам своим играть.

Деду Егору было семьдесят три года, и он был старше соседки Анны на десять лет, да и самым пожилым мужчиной в деревне. Когда он увидел в гостях у Анны её внука Валерку, то сразу проникся к мальчику теплом и каким-то родственным чувством.

После традиционного чаепития с гостями соседки, дед Егор пригласил Валеру к себе в мастерскую. Мальчик сразу же согласился и не пожалел об этом. Он был поражён идеальным порядком в деревянном отдельно стоящем домике с большим окном, у которого стоял верстак, а над ним на полках разложены инструменты.

Их было так много, что Валере показалось сначала, что он попал в музей. Он так и сказал деду, и Егору очень понравилось это сравнение. Он ухмыльнулся в усы и довольно покашлял в кулак. Давненько никто не заходил к нему в мастерскую и так не восхищался. Остались в их деревне почти одни бабульки, а из мужиков пенсионеров, он, пожалуй, один только.

- Музей, не музей, а порядок не просто от любви к порядку, - стал объяснять мальчику Егор, - если не будет порядка, то как вовремя нужный инструмент найдёшь? Если всё на своём месте, то и работа ладится и идёт быстро. Вот завяжи мне глаза, а я всё равно любой инструмент найду сразу наощупь, скажу где он лежит.

Валерка спрашивал Егора назначение приспособлений и инструментов, и дед с нескрываемым удовольствием объяснял и показывал возможности каждого. Валера просил дать и ему попробовать постругать, спилить, прибить, просверлить…

Дед стал мальчику вроде наставника, и теперь они часами работали в мастерской, и слышались оттуда звон пилы, гудение небольшого шлифовального станка или дрели.

- Ну, пошла учёба, - смеялась жена Егора баба Маша, - как он внука хотел, а родилась Олеська. Так вот ему ваш Валера в ученики попался. Вот везение – есть кому свой опыт передать.

- И пусть наставляет, - соглашалась бабушка Валеры Анна, - мальчишке не только по улице надо носиться, а и своими руками пора уметь что-то мастерить.

- Верно, - улыбалась Мария Ивановна, - а то что это за мужик, который не умеет гвоздь вбить? Вот мой Егор и дом по молодости сам поставил, и всю мебель в доме сам делал, и ремонты, и рамы, и наличники, да ты знаешь его золотые руки… Одного инструмента сколько накуплено, и не сосчитать! Я поначалу ругала его, мол зачем столько нужно-то? А он мне только отвечал: «Не переживай, Маша, всё окупится с лихвой». Так и было. Сколько он шабашек делал, трудился на совесть.

- Да, хороший у тебя мужик, везучая ты, - согласилась Анна, - и пусть мой Валерка учится. Авось что-то и переймёт. Хотя в нынешнее время мало кто из ребят интересуется этим. Говорят, что проще купить готовое и не маяться. А ведь сделать своими руками – это интересно!

Услышал их разговор дед Егор, вернувшийся домой, и с порога подтвердил:

- А то! Верно говорите. Дерево – оно живое, а не бездушный материал, оно греет и в изделии долгие годы. Вот ты на деревянный стол руки кладёшь, а он тёплый… Верно?

Валера полюбил деда Егора как родного. Он поражался не только его мастерской, но и большим кругом интересов, хотя свои интересы дед называл коротко – заботы.

Целая коллекция удочек с различными снастями находилась на отдельной полке гаража. И дед пользовался ими, снабжая семью рыбой всё лето. Он и Валеру брал с собой на рыбалку, подобрав ему самодельную удочку и научив налаживать оснащение и делать прикорм.

На самой дальней полке деревянного гаража лежала и висела на больших крюках старая конская упряжь.

- Дед, так коней у вас давно нет. Хранит-то это зачем? – не удержался спросить мальчик.

- Вопрос твой понимаю, - вздохнул Егор, - но расстаться с ней не могу. Когда смотрю на неё, своего коня вспоминаю, и сердце не велит выбрасывать ни хомут, ни вожжи, ни всё остальное, что к нему прилагалось… Они его потом пропитаны, и я, кажется, до сих пор этот трудовой запах чую… Раньше без коровы и коня нельзя было. Они – первые помощники и кормильцы.

В отдельной бывшей летней кухоньке держал дед Егор и всё для разведения пчёл: многочисленные рамки, скребки, лопатки, дымари, овальные роевни, щётки, сетки, куртки и многое другое.

- Пусть пока лежит. Оно есть, пить не просит… - отвечал снова дед на вопросительный взгляд Валеры, - раньше держал пчёлок, а потом здоровье стало подводить, с ними ведь хлопот – всё лето надо караулить и понимать их устроенность и правила. Но, думаю, может ещё и соберусь с силами, если Бог даст…

Дед показывал каждый инвентарь

и пояснял как им действовать и к чему он сгодится. Валере всё было интересно, так как в городе такого точно не увидишь.

Целыми днями Валера и дед проводили вместе. И мальчик радовался, когда приносил бабушке рыбу, выловленную им самолично.

- Добру учит тебя Егор, слушай его. Вот уйдёт он, больше и спросить не у кого… - говорила бабушка Аня внуку, - и потом, он такой добрый человек.

Олеся стала тоже приезжать к бабушке и деду, так как подружилась с Валерой. Они были почти ровесниками, и дед особенно чувствовал себя счастливым, если ребята мастерили под его руководством в мастерской скворечник или скамеечку для бабы Ани, на которой она будет сидеть, когда доит козу Зорьку.

- А что, из нашего Валеры скоро настоящий мастер получится, а, Егор? – спрашивала деда Анна.

- Верно, если такой курс держать будет, - отвечал Егор, - из нашего Валерки вырастет хороший парень.

Дед особо подчеркнул слово «нашего». Он уже считал Валеру своим. Неважно, что соседский мальчик, а по духу так близок он стал деду.

И Валера полюбил деда Егора. Он, когда звонил бабе Ане из города и интересовался делами и новостями, каждый раз спрашивал о Егоре.

- Как там дед, ба? Что делает?

- Да что ему делать? Обойдёт свои сараюшки да сидит на крылечке и тебя ждёт, - искренне отвечала бабушка.

Валерка начинать волноваться, ему хотелось, чтобы как можно быстрее закончилась четверть, чтоб вернуться в деревню. Он заранее намечал и рисовал конструкцию своего следующего деревянного изделия. Это была шкатулка в подарок для Олеси. Её он хотел сделать тайно от девочки в качестве подарка на Женский день.

Подарок они с дедом сделали довольно быстро. Егор сам втянулся в работу и показывал наглядно как стругать доски, отмерять длину и отрезать ровной линией на станке.

Фурнитуру Валера привёз из города, и это было самым приятным заключительным этапом работы: крохотными шурупами приладить на петли крышку и так же аккуратно приделать замочек-вертушку.

Олеся осталась очень довольна. Она покраснела и обняла Валеру, а потом и деда.

- Вот же молодцы! Даже и не подумаешь, что сами сделали! Лучше покупной… Буду в ней свою косметику хранить.

Олесе и Валере было уже по пятнадцать лет, когда они стали не только как друзья играть и гонять на велосипедах по деревне каждое лето, а и ходить на танцы.

- Смотри-ка, наших ребят уже не разлить водой… - замечали бабушки, - там и любовь намечается…

- А всё – труд. И общие интересы, - вставлял своё замечание дед Егор, - и он парень с руками, и наша Олеся толк в поделках уже понимает.

- Твоя тут заслуга. Ты их научил многому. Они всегда за тобой и на реку, и в мастерской по целым дням пропадали… - похвалила мужа Мария.

- Верно, только не пропадали, а настоящим делом занимались… - подняв указательный палец вверх поправил её Егор, - пропадают те, кто по улице бездумно носятся.

Однажды по осени, когда Валера был в городе, учился уже в выпускном классе, бабушка позвонила из деревни и встревоженным голосом сообщила:

- Приезжай, Валерочка, дед Егор заболел, помирать собирается, некому, говорит, свой инструмент передать. Только Валере доверяю…

Валерка приехал в первые же выходные. Он привёз деду лекарства, которые попросила бабушка, и кроме того его любимые шоколадные вафли к чаю.

Дед лежал в своей комнате за занавеской. Бледный, осунувшийся, он сразу улыбнулся, увидев Валеру. Видно было, что ждал.

- А, ты… Приехал как быстро. А я вот, помирать собрался, Валерушка…

- Э, нет. Даже и слышать ничего не хочу. А у меня к вам большая просьба, Егор Петрович. Надо бы одному очень хорошему человеку подарок сделать. Вот, посмотрите, какую я тут конструкцию полки придумал.

Дед напрягся и сел в кровати. Он нацепил очки и стал рассматривать небольшой, но аккуратный и чёткий чертёж на листке ватмана, который положил ему на колени Валера.

- Толково всё, и без излишеств. Ты справишься, - утвердил дед, хлопнув широкой ладонью по чертежу.

- Сомневаюсь немного… - пожал плечами Валера, - надо бы всё-таки прикинуть на месте, и как это будет в сборке смотреться, не соображу. Мне бы хоть ваше присутствие рядом, чтобы чувствовать себя увереннее. Подскажете, если что не так…

Дед уже обувался, а Валера помогал ему и надеть свитер и брюки.

- Да куда же вы? – ахнула баба Маша, - что, неужто в мастерскую?

Но она замолчала, увидев тайный знак молчать от Валеры, который

шёл за спиной деда, поддерживая старика под локоть.

Осень ещё была тёплой. Неделя бабьего лета ласкала солнышком дворы, крыши домов и грела птиц на высоких тополях.

Валера мастерил свою полку, а дед сидел рядом и руководил работой, то и дело подсказывая как лучше взять инструмент, и каким способом отшлифовать тот или иной участок доски.

Валера слушался беспрекословно и краем глаза наблюдал, как преображается дед. Он словно набирался сил от жужжания электроинструмента, от ароматного запаха сосновых стружек, а стук молотка привычно отбивал свою монотонную рабочую мелодию, сродни колокольному церковному звону…

Из мастерской Валера и дед вернулись в хорошем настроении. Два часа пролетели незаметно, и бабушки уже ждали их к обеду. За столом дед хвалил Валеру, свой инструмент, до сих пор служивший верой и правдой, и поинтересовался кому же парень готовит такой подарок.

- Учительнице моей. Классной руководительнице. Очень она у нас хорошая, как мать заботится о нас. А я скоро заканчиваю учёбу, и хочу ей на память подарить вещь, которая будет сделана своими руками… - рассказал Валера.

Дед был горд, что поделка будет вручена именно учителю. Он и сам теперь понимал, как дороги ученики и их хорошее отношение.

Все заметили, что деду стало значительно лучше, он не захотел ложится в постель, а на следующий день они с Валерой снова занялись полкой: надо было доделать подарок. Приехала из города и Олеся. Она словно осветила теплом мастерскую деда.

Он уже не собирался помирать, хотя сказал всем за столом во время чаепития, что отдаёт весь свой инструмент в подарок Валере.

- Сейчас и забирай всё себе, что считаешь нужным, хоть всё до последнего гвоздя. Это моя воля. А то помру, и куда это всё денется? На свалку отнесут? А мне будет приятнее думать, что ты сохранишь полезные для себя вещи, - сказал он.

- Так, за подарок огромное спасибо! – поблагодарил Валера, - но к себе я ничего брать не буду. Тем более сейчас. Я прошу разрешения приходить в мастерскую и тут и буду работать. Пусть все инструменты находятся на своих родных местах, где их хозяин приспособил.

- А ведь верно! – согласился дед, - и мастерская не пропадёт, жить будет, как и прежде.

- И вы живите, Егор Петрович. Ещё не раз научите и подскажете, как к чему руки приложить правильно, - ответил Валера.

Олеся и Валера сидели за столом как всегда рядом – плечо к плечу. И бабушка Маша шепнула деду, что пара собирается по достижении совершеннолетия пожениться.

Олеся и Валера согласно кивнули.

- Ой, ещё не время о свадьбе думать, вы такие молодые… - покачала головой баба Аня, - но молодцы, что на семью нацелены. И подарок деда, получается, как приданое Олеське пойдёт!

- Ну, уж нет! Это – подарок Валере, как ученику от учителя. А в приданое я другое Олесе готовлю. Что же вы думали, что я об этом не побеспокоюсь?

Баба Маша позвала всех в комнату и достала из большого шкафа копну белья, положив всё на диван. Она начала показывать подушки и одеяло, комплекты постельного белья, полотенца всяких видов, от банных до кухонных, а ещё скатерти с вязаными краями, покрывала и даже стопку платков и шалей собственной вязки.

- Вот это да! – всплеснула руками бабушка Аня, - да тут на трёх невест хватит. Остановись, соседка. Разве столько им нужно?

- Ничего, там они уж сами разберутся, а я собрала всё как надо, - улыбалась довольная бабушка Маша, укладывая приданое обратно в шкаф.

Олеся и Валера смеялись и обнимали бабушек, говоря:

- Погодите вы, не завтра свадьба, хватит добром трясти. Дайте нам потанцевать в клубе, да учится ещё надо…

Однако, бабушки есть бабушки. После школы Валера проработал год на фабрике и ушёл служить в армию, а Олеся стала студенткой политехникума.

Дед Егор хоть и постарел, но привычно ходил в мастерскую, иногда перебирая инструменты, глядя, не взяла ли их ржавчина, на том ли месте лежат.

После возвращения из армии Валеры дед особенно радовался, что жених внучки не отказался от его подарка, от наследования мастерской, и каждый раз, приезжая, заходит в неё, и что-то и поделает, постучит молотком.

Валерка специально затевал очередную поделку, чтобы поддерживать деда в «боевой готовности», чтобы не раскисал старик и меньше болел.

Дед так и дожил до свадьбы Олеси и Валеры. Сидел он на застолье в торце стола, рядом с молодыми и то и дело шептал своей Маше:

- Вот ладно как всё у них сложилось. А всё с чего пошло? С совместного труда. А это верный знак: семья будет счастливая!

Автор: Елена Шаламонова