Наша бабушка Таня

Свекровь сказала это спокойно, как что-то давно решённое:

— Татьяна, ну вы же понимаете. Гена — мой сын. Квартира его. Вы прожили семь лет, я всё понимаю, но теперь так.

Гена умер в феврале — инфаркт, сорок четыре года. Татьяна в марте переехала.

Дочь Света предлагала к себе. Татьяна отказалась — Света с мужем, маленький ребёнок, не надо. Сняла дом в деревне Рябиновка — тихо, дёшево, и как-то сразу показалось правильным.

Рябиновка — двадцать домов на берегу реки. Соседи немолодые. Напротив жила семья — молодая женщина Нина с четырьмя детьми: Стёпе двенадцать, Мише десять, Даше семь и совсем маленькому Коле три года. Муж Нины работал вахтой, приезжал раз в два месяца.

Татьяна увидела их в первый раз через забор: Нина вешала бельё, держа Колю на бедре, а трое старших галдели и мешали друг другу.

— Нужна помощь? — спросила Татьяна.

Нина посмотрела на неё.

— Вы новая соседка? Татьяна? — Кивнула. — Честно? Нужна. Я сейчас Колю уложу, а эти трое должны делать уроки, но никто не делает.

Татьяна зашла в калитку.

Стёпа смотрел на неё с прищуром.

— А вы кто?

— Соседка. Уроки что задали?

— Математика и русский.

— Показывай.

Стёпа смотрел ещё секунду. Потом принёс тетрадь.

Так и началось. Татьяна приходила после обеда — пока Нина занималась хозяйством и маленьким Колей, Татьяна сидела с тремя старшими. Математика, русский, иногда история — она раньше работала учителем, давно, но руки помнили.

Стёпа привязался первым — незаметно, как привязываются серьёзные мальчики. Просто однажды стал сам приходить, без напоминания.

— Татьяна Ивановна, у меня задача не получается.

— Идём смотреть.

Даша рисовала и показывала Татьяне каждый рисунок, требуя оценки. Миша молчал, но всегда садился рядом — просто быть рядом.

Коля поначалу боялся — прятался за маму. Потом однажды сам подошёл и молча залез на колени.

— Коля, ты что? — удивилась Нина.

— Сидит, — сказала Татьяна.

Коля посмотрел на маму с видом человека, объяснившего всё.

Деревенские наблюдали. Говорили разное.

— Вдова ведь, — замечала соседка Евдокимовна. — И к чужим детям ходит. Не своё горе ли заглушает?

— Пусть ходит, — отвечала другая. — Детям хорошо, Нине помощь.

Татьяна слышала иногда. Не обижалась.

В сентябре Стёпа пошёл в новую школу — районный центр, автобус. Первый день — Нина не могла отвезти, заболел Коля.

Татьяна отвезла. Стояла у входа в школу, пока Стёпа не скрылся за дверью.

Вечером Стёпа вернулся домой, рассказывал маме про новый класс. Потом вдруг сказал:

— Я сказал в классе что меня бабушка отвезла.

— Какая бабушка? — переспросила Нина.

— Татьяна Ивановна.

Нина помолчала.

— Она согласна?

— Я не спросил, — честно сказал Стёпа. — Но она же как бабушка. Разве нет?

Нина позвонила Татьяне вечером.

— Татьяна, тут такое дело. Стёпа сказал в школе, что его бабушка отвезла. Он имел в виду вас. Вы не обиделись?

Татьяна сидела у окна. Смотрела на тёмную улицу.

— Нет, — сказала она. — Не обиделась.

— Можно мы тогда... будем называть вас бабушкой Таней?

— Можно, — сказала Татьяна.

После того как Нина попрощалась, она ещё долго сидела у окна. Думала о Гене, о квартире, о свекрови. Потом подумала о Стёпе, который сказал незнакомым людям «меня бабушка отвезла» — просто так, потому что именно так это и было.

Утром Коля прибежал к ней через двор.

— Баба Таня! Баба Таня, смотри что я нарисовал!

Татьяна взяла рисунок. Рассмотрела.

— Это кто?

— Это ты, — сказал Коля. — Это я. Это мы.