Бабушка Фрося

Дед Прокопий приехал к внуку Ваське в ноябре.

«На недельку» — сказал по телефону. Васька и его жена Тоня переглянулись. Дед Прокопий — семьдесят восемь лет, жил один в деревне, последние год жаловался на ноги.

Дед приехал с большим чемоданом и маленькой сумкой. Маленькая сумка — пряники, сухари, семечки — «на дорогу взял, вы не беспокойтесь».

Утром второго дня Тоня проснулась от запаха жареного лука.

Дед Прокопий стоял у плиты.

— Дед, ты что?

— Суп варю. Сам буду есть. Вы работаете — некогда. Не мешайте.

Суп оказался хорошим. Лучше чем у Тони.

Дедова «неделька» растянулась. Сначала ноги расхворались совсем. Потом снег занёс дорогу в деревню. Потом Тоня поняла что по утрам встала привыкать к запаху жареного лука.

Их дочка Аня — четыре года — называла деда Прокопия «дедуля» и ходила за ним хвостом. Дед учил её различать птиц по голосу. Дед рассказывал про огород. Дед объяснял почему надо смотреть куда идёшь.

В марте Васька поехал смотреть хороший пансионат. Возможности были — место хорошее, всё чисто.

Домой ехал молча. Думал: правильно ли. Две комнаты, тесно. Дед чужого места хотел бы.

Вечером Аня сидела у деда на коленях. Дед объяснял ей что-то про ворон.

— Ворона умная птица, — говорил дед. — Она помнит лица. Один раз обидишь — запомнит навсегда.

— А если не обидишь?

— Тогда тоже запомнит. Но хорошо.

— Дедуля, — сказала Аня. — Ты не уедешь?

— Куда мне ехать, — сказал дед. — Зима.

— И летом не уедешь?

Дед посмотрел на Ваську.

Васька посмотрел на Тоню.

— Дед, — сказал Васька. — Оставайся насовсем.

— Двухкомнатная у вас квартира.

— Аня с нами будет. А тебе — вторая комната.

Дед смотрел на внука.

— Ты не против, Тоня? — спросил дед.

— Дед Прокопий, — сказала Тоня. — Я в марте вас отпускать не планировала.

Дед Прокопий кашлянул.

— Ну, — сказал он. — Раз так.

— Ворону принесёшь? — спросила Аня.

— Ворону не принесу. Ворону надо на воле.

— А птицу поменьше?

— Посмотрим, — сказал дед.

Привёз синицу. В феврале следующего года. Аня назвала её Прошей.