Марфа

Когда Надя уволилась и осталась дома с маленьким Петей, она не ждала что это будет так трудно.

Не с Петей трудно. С собой.

Она сидела дома три месяца и медленно чувствовала как исчезает. Не плохо себя чувствовала — просто исчезала. По утрам долго смотрела в зеркало и думала: вот я. И что теперь.

Муж Алексей работал. Говорил: всё нормально. Надя улыбалась: да, нормально. Петя здоров, накормлен, развивается хорошо. Всё правда.

Но была ещё и другая правда, которую она не говорила.

В октябре соседка Галя Тимощук позвала её на курсы — «просто попробуй, я уже хожу, нам там хорошо». Флористика, раз в неделю, два часа.

— Я не умею с цветами, — сказала Надя.

— И я не умела. Сейчас умею немного.

Надя пошла. Не потому что хотела делать букеты. Просто потому что надо было куда-нибудь выйти.

Преподавательницу звали Марфа Ивановна — лет шестидесяти, без лишних слов, с ножницами всегда в руке.

На первом занятии она ходила и смотрела на то, что делают ученики.

Остановилась у Нади.

— Ты зачем так зажала?

— Что?

— Стебель. Смотри — ты его держишь как будто боишься.

— Я просто...

— Цветок надо держать уверенно, — сказала Марфа Ивановна. — Не жестоко — уверенно. Ты же не разрушишь его если будешь держать нормально.

Надя взяла стебель по-другому.

— Вот, — сказала Марфа Ивановна. — Видишь разницу?

Надя видела.

Она ходила три месяца. Потом стала помогать Марфе Ивановне на занятиях — принести, расставить, объяснить новым. Потом Марфа Ивановна сказала:

— Надь. Ты уже не ученица.

— В смысле?

— В смысле — иди и сама веди. У тебя получается.

— Я не...

— Надя, — сказала Марфа Ивановна. — Ты три месяца держала стебли правильно. Пора и себя так же.

Надя смотрела на неё.

— Это метафора?

— Это совет. — Марфа Ивановна пожала плечами. — Если хочешь — метафора.

В январе Надя начала вести курс сама. Маленький — шесть человек, раз в неделю, на той же площадке.

Алексей спросил как-то вечером:

— Ты другая стала.

— Какая?

— Не знаю. Лучше.

— Я та же.

— Может, — сказал он. — Просто тебя видно теперь. Раньше — не всегда.

Надя подумала о Марфе Ивановне. О стебле который надо держать уверенно.

— Я была там, — сказала она. — Просто не так держала.