Сентябрь сорок шестого

Мария Тихоновна нашла мальчика в сентябре сорок шестого.

Не нашла — привела соседка. «Мария, вот тут мальчик. Мать умерла в дороге. Отца нет. Ни к кому везти».

Мальчику было лет пять. Маленький, в рваных штанах, смотрел не на Марию — куда-то в сторону, как будто здесь ничего интересного.

— Как зовут? — спросила Мария.

— Алёша.

— Откуда едете?

— Из-за Волги.

— Есть хочешь?

— Хочу.

Говорил коротко, без слёз. Мария видела таких детей — которые уже всё поняли про мир и не ждут от него подарков.

Муж Иван вернулся с завода в восемь.

— Это кто?

— Алёша.

— Откуда?

— Из-за Волги. Мать умерла.

Иван смотрел на мальчика. Алёша смотрел на Ивана — спокойно, как равный.

— Поел?

— Поел.

— Спать где будет?

— На печи пока.

Иван кивнул и пошёл мыть руки. Мария выдохнула.

Соседи говорили разное — «чужой ребёнок», «война кончилась не для всех», «сами еле тянете». Мария не отвечала.

К зиме Алёша стал своим. Ходил с Иваном за дровами. Помогал Марии по хозяйству — без напоминаний, видел сам. Молчаливый был, но когда говорил — по делу.

Однажды Иван спросил его вечером:

— Алёша. Тебе у нас как?

— Хорошо.

— Нравится?

— Нравится.

— Останешься?

Алёша посмотрел на него. Подумал серьёзно.

— Останусь, — сказал он. — Если вы не против.

— Не против, — сказал Иван.

Мария слышала это из кухни. Продолжала резать картошку.

Просто резала картошку.

Алёша прожил у них. Вырос, выучился, работал инженером. Женился, дети, потом внуки.

На похоронах Ивана — Алёше было уже за пятьдесят — он стоял и держал Марию за руку. Крепко, не давая покачнуться.

Потом сказал:

— Мама. Я буду приезжать каждую неделю.

— Не надо каждую...

— Каждую, — сказал он.

И приезжал. Двадцать лет, пока она была жива.