Бабуля приехала на неделю, а осталась насовсем

Зоя Петровна приехала к внучке Даше в ноябре — помочь с новорождённым.

На неделю.

Внучка жила в городе, муж Рома работал, молодой ребёнок. «Бабуль, можешь приехать?» — спросила Даша, и Зоя Петровна собрала чемодан.

Первые дни были тяжёлые. Маленькая Алёнка кричала по ночам, Даша не спала, Рома ходил как тень.

Зоя Петровна вставала в три ночи. В пять. Брала Алёнку, ходила с ней по кухне, тихо разговаривала.

— Ты что ей говоришь? — спросила однажды Даша.

— Всякое, — сказала Зоя Петровна. — Про огород, про кота, про то как ты маленькая была.

Алёнка успокаивалась.

Неделя прошла. Зоя Петровна собрала чемодан.

Даша сидела и смотрела на неё.

— Бабуль, — сказала она наконец. — А если ты не поедешь?

— Как не поеду? У меня дома кот.

— Рома за котом съездит. Привезёт.

Зоя Петровна посмотрела на внучку.

— Даша. Я же буду мешать.

— Ты не мешаешь. Ты — часть.

Зоя Петровна не поехала. Рома съездил за котом. Кот осмотрел новую квартиру и принял её с достоинством.

Прошёл месяц. Потом три. Зоя Петровна стала понимать расписание Алёнки лучше всех. Знала что она любит, что не любит, как её нужно держать чтобы не плакала.

Даша смотрела на бабушку иногда и думала: вот так бывает. Думаешь — помочь пришла. А она — пришла жить.

Рома однажды сказал, когда они остались вдвоём:

— Даш. Ты знаешь что я больше всего рад?

— Чему?

— Что Зоя Петровна здесь. Не потому что помогает. Потому что Алёнка смотрит на неё. Вот так смотрит, — он показал. — Как на что-то очень важное.

Даша думала об этом.

В марте Зоя Петровна сказала:

— Даша. Я хочу перевезти вещи.

— Какие?

— Свои. Из дома. Там кое-что важное. Фотографии, мамины книги.

Даша посмотрела на неё.

— Бабуль. Ты что, насовсем?

— Если не против, — сказала Зоя Петровна.

Даша обняла её. Не сказала ничего.

Этого было достаточно.