Сосед принёс мешок картошки, а они проговорили до ночи

Игнат постучал к Марии Семёновне в субботу.

— Картошки взяли бы? — сказал он. — У меня много, один не съем.

— Возьму, — сказала Мария Семёновна. — Сколько?

— Мешок есть.

— Зачем мне мешок? Ведро возьму.

— Ведро так ведро, — согласился Игнат. — Заносить куда?

Она пустила его в кухню.

Игнат занёс ведро, огляделся — не из любопытства, просто человек такой. Увидел чайник на плите.

— Чай варите?

— Варю. Будете?

— Буду, если не против.

Так получилось что они проговорили до вечера.

Мария Семёновна не была разговорчивой. Игнат тоже. Но они были соседями двадцать два года, и за двадцать два года накопилось всякое что можно было сказать.

Оказалось, что у него умерла жена три года назад. Мария Семёновна знала — но не знала как спросить. Оказалось, что он всё лето выращивал на огороде и не знал куда девать — соседи в основном уезжали на лето.

— А почему вы не уехали? — спросил он.

— Некуда, — сказала она. — Дети далеко, ехать к ним не хочу навязываться.

— Понимаю.

— Вам тоже некуда?

— Мне-то есть куда, — сказал он. — Просто не хочется. Здесь привык.

— Вот и я привыкла.

Игнат уходил в девять вечера. На пороге сказал:

— Мария Семёновна. В следующую субботу у меня свёкла поспеет. Борщ умеете варить?

— Умею.

— Научите? Жена всегда варила, я не умею.

Мария Семёновна смотрела на него.

— Приходите в субботу, — сказала она.

— В котором часу?

— К обеду.

Он кивнул.

— Ладно. До субботы.

Мария Семёновна закрыла дверь. Постояла в коридоре.

Двадцать два года — соседи. И только сейчас поговорили.

Она пошла на кухню. Поставила картошку в кладовку.

Хорошая картошка. Крупная.