Вечер понедельника

— Витёк, ты спишь?

— Нет. Ты чего в час ночи?

— Не сплю. Слушай, ты помнишь Пашку Громова?

— Это который с третьего цеха?

— Он.

— Ну помню. Что с ним?

— Умер. Инсульт. Сегодня узнал.

— ...

— Пятьдесят два года.

— Да ты что.

— Вот. Сижу думаю.

— О чём думаешь?

— Ну как. Нас троих в школе было — Пашка, ты и я. Потом на заводе. Двадцать пять лет вместе работали.

— Да.

— Вить. Ты мне вот что скажи. Мы с тобой последний раз нормально говорили когда?

— ...

— Ну вот и я не помню. Здороваемся, на планёрках видимся. А нормально — чтобы как раньше — не помню.

— Ну, работа. Семья. Время нет.

— Не время нет. Времени у нас одинаково. Просто не делаем.

— Ну наверное.

— Вить. Давай в пятницу. После смены. Пива выпьем, поговорим.

— ...

— Или некогда?

— Нет, могу. Ты просто давно не звал.

— Ты тоже давно не звал.

— Ну вот.

— Ну вот. В пятницу, значит?

— В пятницу. У Пашки помянем заодно.

— Да, помянем. Хороший был мужик.

— Хороший. Жалко.

— Жалко. Ладно, иди спи, скоро вставать.

— Ага. Вить.

— Что?

— Хорошо что ты взял трубку.

— Ты думал, не возьму?

— Не думал. Просто хорошо.

— Иди уже. До пятницы.

— До пятницы.