Я ваша внучка

Надежда Романовна открыла дверь и увидела девочку.

Лет пятнадцать. Стриженая, в дешёвой куртке, смотрит прямо. Рядом — женщина из соцслужбы.

— Надежда Романовна? Вы двоюродная бабушка Зои. Вот, Зоя.

— Я знаю кто я, — сказала девочка. — Можно я скажу сама?

Соцработница кивнула.

— Меня зовут Зоя. Мне пятнадцать. Моя мать — ваша племянница. Вы с ней не общаетесь, знаю. Мне до восемнадцати два года и семь месяцев. Потом я свободна. Сейчас мне нужен опекун. Иначе детдом. Я не хочу в детдом — оттуда труднее поступить в институт.

— Ты хочешь в институт?

— На филологический. Я уже готовлюсь. Мне нужны только документы и прописка. Готовить умею. Убираться умею. Не буду мешать.

Надежда Романовна смотрела на неё.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Потому что вы единственная родственница которую нашли. И потому что вы похожи на человека которому можно говорить правду.

Надежда Романовна помолчала.

— Заходи.

Соцработница оформила документы и ушла. Зоя осталась с одной сумкой.

— Комната свободная, — сказала Надежда Романовна. — Вторая дверь налево.

— Спасибо.

— И ещё. Не называй меня бабушкой.

— Хорошо. Как вас называть?

— Надежда Романовна.

— Хорошо.

Они жили тихо. Зоя учила слова по утрам, уходила в школу, приходила, готовила иногда. Не мешала.

Однажды Надежда Романовна заходила в комнату Зои с бельём — и увидела на столе стопку исписанных листов.

— Что это?

— Пишу, — сказала Зоя. Без смущения. — Рассказы. Можно почитаете?

Надежда Романовна взяла листки. Читала вечером за чаем.

Пришла к Зое.

— Ты пишешь хорошо.

— Правда?

— Правда. Вот здесь — — она показала на абзац, — слишком длинное предложение. Читатель теряет нить. А вот здесь — сильно. Очень.

Зоя смотрела на неё.

— Вы читаете много?

— Всю жизнь. Я была редактором.

— Вы не говорили.

— Ты не спрашивала.

С того вечера они разговаривали. Про книги, про слова, про то как строится предложение. Зоя приносила новые страницы, Надежда Романовна читала и отмечала карандашом.

Зоя поступила на филологический. Пришла домой с результатами — просто положила бумагу на стол.

Надежда Романовна прочитала.

— Бюджет.

— Да.

— Молодец.

Зоя смотрела на неё.

— Надежда Романовна.

— Что?

— Я хотела спросить. Можно я остаюсь? После восемнадцати. Тут недалеко от института.

— Можно, — сказала Надежда Романовна. Как будто всегда знала что так и будет.

— Спасибо.

— Не за что. — Пауза. — И перестань говорить «Надежда Романовна». Длинно.