Ветер с севера

Лариса вернулась в Берёзово в сентябре с дочерью Аней, девяти лет, и двумя чемоданами.

Уехала когда-то молодой, с мужем и планами. Вернулась одна — развод, сокращение, мать позвонила и сказала: «Приезжай, дом стоит». Деревня встретила её с тем сдержанным сочувствием, которое хуже насмешки: «Вернулась, значит».

Лариса молчала и разбирала дом.

Через неделю к забору пришёл Пал Степаныч. Шестьдесят пять лет, бородатый, вдовец с позапрошлого года. Занимался столярными работами — делал табуретки, полки, иногда гробы, если просили.

— Лариса, — сказал он. — У тебя труба дымовая треснула. Зима придёт — не натопишь.

— Вижу. Пока руки не дошли.

— Я починю, если не против.

— Зачем вам?

— Сосед же. — Пожал плечами. — Мне скучно по утрам.

Починил трубу. Потом сложил поленницу — Лариса не попросила, сам увидел, что криво. Принёс осенью картошки с огорода.

Аня к нему привыкла быстрее, чем Лариса. Первой пошла смотреть мастерскую — там пахло деревом и лаком, и стояли разные деревяшки.

— Дядя Паша, а это что?

— Это заготовка. Будет шкатулка.

— А мне можете?

— Могу. Только помоги — вот тут наждаком пройдись.

Аня шкурила серьёзно, высунув язык. Шкатулку получила через три дня.

Деревня, конечно, заметила. Баба Клава сказала Ларисе прямо:

— Пал Степаныч — хороший человек. Не дури.

— Я не дурю, — ответила Лариса.

— Вот и ладно.

В октябре выпал первый снег. Пал Степаныч пришёл утром с лопатой — расчистил дорожку без приглашения.

Аня смотрела в окно.

— Мам. Он каждый день приходит.

— Не каждый

— Почти. — Помолчала. — Мам, а он хороший?

— Хороший.

— Тогда почему ты всё время говоришь «зачем вам»?

Лариса посмотрела на дочь.

— Потому что не привыкла, когда просто так.

— А он именно просто так, — сказала Аня. И пошла пить чай с видом человека, который всё решил.

В ноябре Лариса вышла к Пал Степанычу с кружкой.

— Пал Степаныч. Чай будете?

Он обернулся. Посмотрел на кружку. На неё.

— Буду, — сказал он.

Это был не ответ на вопрос. Это было что-то другое.

Деревня это тоже заметила. Баба Клава не сказала ничего. Просто кивнула.