Позор, явился с пустыми руками»

Галина Фёдоровна злилась с самого вечера.

Не потому что праздник был плохой. Стол накрыла хороший, всё получилось. Но зять Серёжа пришёл с пустыми руками — третий раз подряд. Ни цветка, ни конфеты.

Дочь Вика сказала: «Мам, ну он просто такой, ты не обращай внимания».

Галина Фёдоровна обращала.

Серёжа работал программистом. Тихий, в разговорах не участвовал особо. Ел хорошо, посуду убрал — ладно. Но даже дежурный пакет с мандаринами принести не догадался.

Галина Фёдоровна проводила их до двери и пошла мыть посуду.

В феврале позвонила Вика.

— Мам. Тут такое дело. Серёжа всё-таки принёс тебе подарок к Новому году. Только он немного задержался.

— Как задержался?

— Ну... приедете к нам в субботу? Он сам расскажет.

В субботу Галина Фёдоровна приехала. Серёжа встретил в прихожей — немного напряжённый.

— Галина Фёдоровна, — сказал он. — Пойдёмте.

Он провёл её в комнату. Там у стены стояло её старое трюмо.

Не то которое стояло у неё в квартире. То, которое она выбросила три года назад — мамино трюмо с овальным зеркалом и резными ножками, которое рассохлось и стало разваливаться. Галина Фёдоровна тогда целый день плакала, но держать его дальше было уже нельзя.

Это было оно. Только другое. Лак свежий, тёмный. Зеркало в новой раме — той же формы, с тем же овалом. Ножки крепкие.

— Откуда? — прошептала она.

— Вика сказала что вы его три года назад выбрасывали, — сказал Серёжа. — Я тогда как раз помогал вывозить. Помните?

Она помнила. Серёжа тогда был ещё не женихом — просто приехал помочь. Грузил молча, не задавал вопросов.

— Я его не выбросил, — сказал он. — Отвёз к другу в мастерскую. Мы занимались по вечерам три месяца. Зеркало пришлось заказывать отдельно — нашли мастера который делает по старым образцам.

— Три месяца?

— Ну, я не умею такое делать, пришлось учиться. Друг говорит что я самый неловкий ученик что у него был.

Галина Фёдоровна подошла к трюмо. Провела рукой по зеркальной раме.

Мама купила это трюмо в шестидесятых. На все праздники Галина Фёдоровна красилась именно перед ним. На свадьбу — тоже перед ним.

— Серёжа, — сказала она, обернувшись. Голос не слушался. — Зачем?

Он пожал плечами.

— Вы плакали когда его выносили. Я видел. А вы думали что я не видел.

Галина Фёдоровна почувствовала как слёзы потекли сами.

— Ну и глупый ты, — сказала она.

— Наверное, — согласился Серёжа.

Она подошла и обняла его. Неловко — он был выше на голову, она почти не дотягивалась. Он не знал куда деть руки, потом осторожно обнял в ответ.

— Вика выбрала хорошо, — сказала Галина Фёдоровна.

— Стараюсь, — сказал Серёжа.