Ключи от квартиры

Сергей сказал это в четверг.

— Вика, нам нужно поговорить.

Они женаты восемь лет. Дочка Настя, шесть лет. Вика работала учительницей, Сергей — в строительной фирме.

— Я ухожу, — сказал Сергей. — К Юле. Мы два года уже. Я не мог раньше сказать.

Вика сидела.

— Настя? — сказала она наконец.

— Я буду видеться. Приходить. Настя важна для меня.

— Ты будешь приходить.

— Вика, это не...

— Вика, Настя шесть лет. Ты будешь приходить. — Она встала. — Ключи.

— Что?

— Ключи от квартиры. Положи на стол.

— Вика, квартира же...

— Ключи.

Сергей смотрел на неё. Потом достал ключи и положил на стол.

Вика взяла.

— Завтра я подам документы на опекунство над Настей. У меня постоянная работа, квартира, нет судимостей. — Она говорила ровно. — Ты можешь видеться с дочерью. По расписанию.

— Вика, я не хочу войны.

— Я тоже. Поэтому — по расписанию. И без Юли на встречах с Настей первые два года.

— Это нечестно.

— Сергей. Ты два года врал мне и дочери. Ты пришёл к нам домой в четверг вечером и сказал что уходишь. У тебя не получится говорить мне что нечестно.

Он ушёл.

Свекровь Надежда Петровна позвонила на следующий день.

— Вика. Я... не знаю что сказать. Прости его.

— Надежда Петровна. Я с вами — отдельно, с Сергеем — отдельно. Вы всегда можете видеть Настю.

— Вика...

— Всё.

Прошло полгода.

В октябре Надежда Петровна позвонила снова.

— Вика. Я хотела... ты не против если я буду иногда забирать Настю? Помогать немного. Ты одна сейчас.

— Надежда Петровна, — сказала Вика. — Вы не обязаны.

— Я знаю. Но я хочу.

— Тогда — хорошо.

В декабре Надежда Петровна забирала Настю дважды в неделю — после школы, пока Вика задерживалась. Готовила ужин, оставалась пока Вика не вернётся.

Однажды Вика вернулась и застала их обеих за лепкой — Настя что-то объясняла бабушке про пластилин.

— Мам, — сказала Настя. — Бабушка Надя не умеет лепить ёжика.

— Я стараюсь, — сказала Надежда Петровна.

— У тебя лапки кривые.

— Это художественный замысел.

— Нет, — сказала Настя серьёзно. — Это просто кривые.

Вика смотрела на них.

— Ужин готов? — спросила она.

— Готов. — Надежда Петровна встала. — Борщ. Я знаю что ты любишь.

Вика садилась за стол и думала: год назад думала что всё кончилось. А оказалось — только изменилось.