Сто первый раз

Анна Степановна видела мальчика у витрины гастронома каждое утро.

Стоял и смотрел. Не просил, не плакал. Просто смотрел на хлеб за стеклом.

На третий день она остановилась.

— Как тебя зовут?

— Петя.

— Петя, ты ел сегодня?

— Нет.

— А вчера?

— Вчера был хлеб.

Мальчику было лет десять. Школьный возраст. Анна Степановна работала в этом районе двадцать лет, видела разное.

— Пойдём.

— Куда?

— Купим тебе еды.

— Не надо, — сказал Петя.

— Почему?

— Мама говорит нельзя от чужих.

— Мама права, — сказала Анна Степановна. — Обычно нельзя. Но ты голодный три дня. Пойдём.

В магазине она взяла хлеб, сыр, молоко, гречку. Петя смотрел.

— Зачем гречку?

— Ты умеешь варить?

— Нет.

— Научу. Это несложно.

Они зашли к Пете домой — мамы не было, на работе в ночь. Анна Степановна показала как варить кашу. Петя смотрел внимательно.

— Вот эта пропорция, — говорила она. — Один к двум. Запомнишь?

— Запомню.

— Соль в конце. Масло тоже в конце.

Петя записал в тетрадку.

— Почему в тетрадку? — спросила Анна Степановна.

— Чтобы не забыть. Я так с важным делаю.

Анна Степановна смотрела на мальчика который записывает рецепт каши в тетрадку как важное дело.

— Петя, — сказала она. — В твоей школе есть социальный педагог?

— Есть. Ирина Сергеевна.

— Ты знаком с ней?

— Нет.

— Завтра познакомишься. Я позвоню ей сегодня. Не потому что ты плохой — ты хороший. Просто должны быть люди которые знают про тебя. На всякий случай.

Петя думал.

— Ладно, — сказал он.

— Кашу доваришь сам. Пять минут на маленьком огне.

— Я справлюсь.

— Верю, — сказала Анна Степановна. — Ты молодец что не просил. Но можно просить. Это не слабость.

Петя смотрел на кашу.

— Буду знать, — сказал он.