Билет в один конец, оплаченный дважды

Виктор Аркадьевич сорок два года проработал инженером на заводе, выйдя на пенсию, обнаружил, что не знает, чем заняться, — жена умерла пять лет назад, дети жили в других городах.

Мечтой всей его жизни, о которой он никогда никому не говорил вслух, была Камчатка — вулканы, которые он видел только в документальных фильмах и на старых открытках, приходивших когда-то от сослуживца, туда переехавшего.

Открытки эти он хранил в столе — целую пачку, перевязанную бечёвкой, лет за пятнадцать переписки, оборвавшейся, когда сослуживец умер.

Сын, приехавший навестить отца на майские, застал его перебирающим эти открытки за кухонным столом.

— Пап, что это?

— Так, — смутился Виктор Аркадьевич, будто его застали за чем-то постыдным. — Старое, от Кольки. Он на Камчатке жил.

Сын взял в руки одну из открыток — вулкан на закате, красным по синему.

— Ты никогда не рассказывал.

— А чего рассказывать. Мечта дурацкая, для пенсионера уже поздно такое.

Сын промолчал тогда, но через месяц прислал отцу авиабилет — туда и обратно, Петропавловск-Камчатский, с запасом дат на две недели.

— Ты с ума сошёл, — сказал Виктор Аркадьевич по телефону. — Это же бешеные деньги.

— Пап, тебе шестьдесят восемь, — ответил сын. — Сколько ещё ты будешь мечту в столе держать?

Виктор Аркадьевич полетел один — неловко себя чувствуя в аэропорту, немолодой мужчина с рюкзаком, немного растерянный. Но когда самолёт заходил на посадку и в иллюминаторе показался вулкан, действительно дымящийся, действительно огромный, у него перехватило дыхание так, как не перехватывало уже много лет.

Две недели он бродил у подножия, фотографировал, разговаривал с местными гидами, ночевал в маленькой турбазе, где хозяйка подавала уху из свежей рыбы. В последний вечер он написал сыну сообщение — коротко, непривычно для себя эмоционально: «Спасибо. Я не думал, что доживу до этого вида».

Вернулся он другим — не то чтобы помолодевшим, но каким-то более лёгким. На следующий год снова полетел, теперь уже сам, накопив на билет с пенсии, и вёз с собой открытку — купленную на месте, с тем же вулканом, чтобы отправить сыну.

— Теперь я тебе открытки шлю, — сказал он ему по телефону, посмеиваясь. — Круг замкнулся.