РЕШИ ЗАДАЧКУ НА СПОР

Женился я на Марине поздно, после сорока, — оба уже с прицепом: у неё двое сыновей от первого брака, у меня дочь. «Классика, — смеялась она, — разведёнка с довеском и алиментщик нашли друг друга».

К её родителям в деревню я так ни разу и не съездил — четыреста километров, вечно дела, вечно недосуг. А тут тесть ногу сломал перед самой картошкой, крыша потекла, и Марина насела: съезди, Рома, помоги старикам, всего на два дня.

Приехал я за полночь, а проснулся уже к обеду — стол накрыт, но вместо тарелок одна сковородка с картошкой на троих и три вилки кучей. Тёща, Раиса Кирилловна, ела прямо из сковороды, будто так и надо.

— Чего застыл? Бери вилку, — сказала она, не отрываясь от еды.

Постеснялся я отдельню тарелку просить, сел, попробовал — и забыл о брезгливости, вкуснее картошки в жизни не ел.

Днём копали огород — тёща меня учила, как лопату держать, ворчала беззлобно, рассказывала про погоду и соседей. Простая, думал я, деревенская женщина, всю жизнь в земле — что с неё взять.

Вечером она затопила соседям баню, отдала своё лучшее полотенце, новое бельё — «ты теперь наш сын, заслужил».

Перед сном зашла с фотоальбомами — показать молодость, студенческие годы. И тут я обалдел уже по-настоящему.

— Мы со стариком физмат вместе кончали, в Политехе, — сказала она просто, листая старые снимки. — Я потом начальником статуправления работала. А теперь вот — деревня.

— Я тоже физмат оканчивал, — не поверил я своим ушам.

— Тогда давай решим задачку на спор. Кто последним справится — тот завтрак готовит, — она принесла откуда-то старый задачник по высшей математике.

Взяли интеграл посложнее, засели каждый над своим листом. Через десять минут одновременно бросили ручки:

— Готово!

Сверили решения — сошлось один в один.

— Видела я, как ты на меня утром с жалостью смотрел, — рассмеялась Раиса Кирилловна. — Думал, деревенщина неотёсанная?

— Простите, Раиса Кирилловна, — смутился я честно. — Думал, обычная женщина. А вы с изюминкой оказались.

— Значит, завтра ты готовишь завтрак, — подытожила она. — Хороший ты мужик, Рома. Я с тобой легче себя чувствую, чем со своей роднёй иногда.

— И я с вами как с родной матерью, Раиса Кирилловна, честно.

— Значит, у тебя теперь две мамы, — она поцеловала меня в макушку, как сына. — Спокойной ночи.