Ёлка из бурьяна

Зимой сорок шестого в посёлке Степном ёлок не было. Ближайший лес в сорока километрах, а в самом посёлке рос один бурьян, высохший, колючий, выше человеческого роста. Дети слышали про ёлку от старших: зелёная, пахнет, с игрушками. Но ни одной не видели.

Учительница Вера Ильинична, приехавшая из города, собрала в школе двенадцать детей и сказала: «Новый год без ёлки не бывает».

— А где взять? — спросил Витька.

— Сделаем.

Они срезали самый большой куст перекати-поля, высотой в рост взрослого, и поставили в углу класса. Ветки торчали в разные стороны. Дети принесли что у кого было: цветные лоскутки, фантики, нитки. Девочка Маруся достала из кармана конфету «Раковая шейка», единственную. «Мне мама дала на именины. Вешайте». Мальчик Коля повесил на сухие колючки свой наперсток. Из бумаги сделали звёзды, из ваты снег.

Двадцать девятого декабря перед школой остановились сани.

С них слез старик, замёрзший, в тулупе, с большим мешком. Это был дед Матвей, лесник с дальнего хутора. Он молча зашёл в класс, развернул мешок.

Внутри лежала настоящая ёлка. Маленькая, метра полтора, ветки в инее. Он прошёл сорок километров по снегу. Узнал от соседа, что в посёлке дети без ёлки.

— Вот, — сказал он. — Держите.

Дети стояли и не шевелились. Потом Маруся взяла ёлку на руки и вдруг ахнула: «Пахнет!»

Они поставили настоящую ёлку рядом с бурьяном и повесили на неё всё, что накопили. Марусина конфета легла на ветку. Рядом с ёлкой стояло перекати-поле, обвешанное звёздами. Так они и остались стоять вместе.

Тридцать первого Вера Ильинична зажгла свечи, и класс наполнился запахом хвои. Дети водили хоровод. Дед Матвей сидел в углу на лавке и смотрел, как они поют. Глаза у него блестели.

Сорок лет спустя в Степном выросли ели: их вырастили из шишек той ёлки дети, которые стали взрослыми. А перекати-поле никто не выбросил. Оно хранится на чердаке школы, завёрнутое в газету.