Люлька на пятерых

Люльку эту сплёл из ивы Фёдор Сорокин весной девятьсот двадцатого года, когда у них с Аграфеной должен был родиться первый. Плёл неделю, по вечерам, в сарае, так туго, что люлька могла держать воду. Подвесил её на крюк в потолке горницы, на четыре верёвки, и в мае в неё положили Ивана, а Фёдор ушёл на Гражданскую и не вернулся.

Иван качался в этой люльке два года. В двадцать первом, в голод, Аграфена держала его в ней на печи, потому что в избе было холодно, а люлька держала тепло, и сама ела кору, а Ивану жевала и отдавала с губ всё, что находила. Он выжил. В деревне из тринадцати младенцев того года выжили трое.

***

В тридцать седьмом в этой люльке лежала Иванова дочь, Анна. Иван тогда уже был бригадиром. Осенью его увезли ночью, по доносу соседа, за то, что сказал на собрании про недород правду. Через год пришла бумага: десять лет без права переписки. Что это значит, жена его, Мария, поняла только через двадцать лет.

Аня в люльке не знала ничего. Мария качала её ногой, потому что руки были заняты: шила для фронта, ещё до войны, на артель, по ночам. И пела. Одну и ту же песню, про ивушку.

***

В сорок третьем, в оккупацию, в люльке лежал Анин младший брат, Коля, которого Мария родила от второго мужа, партизанского связного. Когда в деревню пришли каратели, Мария сунула люльку с Колей на чердак, за трубу, под сено. Коле было четыре месяца. Он не закричал. Каратели простучали весь дом, штыками перекололи сено в сарае, а на чердак не полезли: лестница была гнилая и сломалась под первым солдатом. Он упал, выругался и ушёл.

Мария сняла люльку с чердака ночью. Коля спал.

***

В шестьдесят первом Аня, уже замужняя, учительница, родила дочку Лену и привезла её из районной больницы прямо в эту люльку. Лена родилась слабая, семимесячная, и врачи сказали, что не выживет.

Аня держала её в ивовой люльке у печки, как когда-то бабушка Аграфена держала Ивана, и кормила из пипетки каждые два часа, днём и ночью, три месяца. Лена выжила.

***

В девяносто втором Ленин сын, Дима, лежал в этой люльке в квартире в Кирове. Люльку привезли из деревни, когда умерла Мария. Ивовые прутья потемнели до черноты, одна верёвка была заменена на капроновую, но держала. В девяносто втором в стране было голодно и страшно, и Ленин муж потерял работу, и Лена качала Диму ногой, потому что руки были заняты: шила на дому, на продажу. И пела. Про ивушку. Сама не помнила, откуда знает эту песню.

***

Сейчас люлька висит в Диминой квартире. На крюке в потолке детской. В ней спит его сын, Фёдор. Его назвали так в честь прапрапрадеда, которого никто никогда не видел.

Дима иногда смотрит на эту люльку и считает. Пять поколений. Голод, арест, каратели, недоношенная, девяностые. И в каждом поколении — женщина, которая качала ногой, потому что руки были заняты.