Мама Вани в чате

Ирина вышла из душа и увидела на телефоне двадцать три новых сообщения.

Родительский чат третьего «Б» писал по вечерам. Сегодня обсуждали Ваню.

«Опять Ваня сорвал урок. Мать не следит».

«Пусть к специалисту ведёт».

«Некоторым надо в коррекционный. Нормальным детям мешает».

«Я не против, но мой Дима вчера пришёл домой весь в синяках».

Ирина села на край кровати. Ване было девять, он был особенным: громкие звуки, толпа, чужие прикосновения. Учительница старалась, но тридцать детей — не двое. Ирина вставала в шесть, возила сына на занятия, работала на двух работах. Каждый вечер читала чат молча и чувствовала, как сообщения оседают внутри.

Раньше она писала. «Ваня старается». «Мы занимаемся с логопедом». Ей отвечали: «Ну да, конечно». Теперь молчала.

В этот вечер она набрала: «Здравствуйте. Я мама Вани». Стёрла. Набрала: «Мне жаль, что…» Стёрла. Положила телефон на тумбочку.

Утром написала другое. Одно сообщение, без упрёков:

«Здравствуйте. В субботу Ване исполняется девять. Я приглашаю всех, кто хочет, в пиццерию «Тесто» к двум часам. Кто не хочет — пойму. Но Ваня очень просил, чтобы пришли».

Ответ пришёл один: «Ну-ну». Потом тишина.

В субботу они с Ваней были в пиццерии к часу. Он надел новую рубашку, застёгнутую не на ту пуговицу. Сели за длинный стол на двадцать мест. В два пришла Катя Соколова, самая тихая девочка в классе, с мамой. В двадцать минут третьего пришёл Дима, тот самый, что «в синяках», с отцом. Отец стоял в дверях и смотрел на Ирину так, будто хотел что-то сказать и не знал что.

К трём за столом сидели девять детей.

Ваня не знал, что делать с таким количеством людей: уселся, спрятал руки под стол и замолчал. Катя подвинула к нему пиццу: «Ваня, ты какую?» — «С грибами», — сказал он. «Я тоже».

Отец Димы подошёл к Ирине.

— Хочу извиниться за вчерашнее. Я не писал, но читал. Мой Дима говорит, что Ваня не дерётся. Он дёргает за рукав, когда нервничает. Синяки он получил на физкультуре. Я…

— Не надо, — сказала Ирина. — Давайте просто посидим.

Он сел. Они молчали вдвоём, глядя, как дети задувают свечи.

В понедельник в чате появилось одно сообщение, от мамы Кати: «Спасибо, что позвали. Катя три дня только про пиццу и говорила».

Ирина прочитала и отложила телефон.