Справка, которой не существует

- Вера Сергеевна, можно? – на пороге директора комбината застыл один из её заместителей.

- Да, Иван Дмитрич, входите, - кивнула деловито директриса. - Ну, как у нас сегодня дела?

- Какие дела? Где?

- На участке.

- Ах, на участке. На участке всё хорошо. А что?

- Как – что? Вы же ко мне зашли, наверное, не просто так. А что-то сказать по поводу дел.

- Ну, да, мне нужно вам кое-что сказать, - кивнул хмуро заместитель. – Точнее, попросить.

- Попросить? - Вера Сергеевна – внимательно посмотрела на этого интеллигентного с виду мужчину, и закачала головой. – Ой, Иван, Дмитрич, что-то вы мне в последнее время не нравитесь.

- В последнее время?

- Да. Вы, почему-то, ходите какой-то смурной. Как будто у вас трагедия в семье. У вас в семье всё хорошо?

- Ну, как вам сказать… - тяжело вздохнул заместитель. – Ещё немного, и в моей семье будет всё очень плохо. Если вы мне не дадите одну справочку.

- Справочку? - Вера Сергеевна насторожилась. – Я вас не понимаю. Вы про что сейчас говорите?

- Я понимаю, что вы не понимает, но… - Иван Дмитриевич сделал трагическое лицо. – Но по-другому нельзя. Мне нужна от вас справка. Для моей жены.

- Чего? – У директрисы невольно вытянулось лицо. – Справка? Для вашей жены? В каком смысле?

- Справка о том, что у нас с вами ничего нет, и никогда не было.

- Чего – не было?

- Близких отношений… - Мужчина начал стремительно краснеть. – Как у женщины с мужчиной.

- Вы что, с ума сошли? - Вера Сергеевна, напротив, стала бледнеть. – Или вы, сейчас, надо мной издеваетесь?

- Увы, но от этой бумажки, с вашей подписью и печатью, зависит судьба нашей с женой семьи. Понимаете, она вбила себе в голову, что мы с вами – любовники.

Директриса застыла на какое-то время с открытым ртом, потом осторожно спросила:

- Она у вас, что, сумасшедшая? Требоваться от мужа справку, что он... Я такого ещё нигде не слышала… Про такое даже в кино никогда не снимали.

- Да я всё понимаю! – воскликнул жалостливо Иван Дмитриевич. - Но что поделать? Я ничего поделать не могу! У нас же с ней – дети. Жена сказала, что если вы в этой справке не подтвердите, что мы с вами – всего лишь только директор и заместитель, она подаст на развод. А потом заберёт детей и уедет в маме во Владивосток. А это – знаете – где? Это же край света. Поэтому, умоляю, напишите вы ей эту дурацкую бумажку.

- Послушайте, Иван Дмитрич! - Вера Сергеевна не могла поверить, что этот разговор происходит на самом деле. – А с чего это вдруг ваша жена вбила себе в голову, что у нас с вами что-то было? Мы же с ней нигде не пересекались! И следов от моей губной помады на ваших рубашках быть не могло принципиально. Откуда у неё такие фантазии?

- Отсюда… - Заместитель полез в карман своего пиджака, достал смартфон, нашёл нужную фотографию, и показал директрисе. – Моя жена увидела это фото, и у неё в голове что-то заклинило.

- И что? - Вера Сергеевна с недоумением рассматривала фотографию, где была запечатлена сразу вся администрация их комбината. – У меня тоже такая фотка есть. Это же после того, как нас всех награждали благодарственными письмами от города.

- Ну, да, - кисло улыбнулся Иван Дмитриевич. – Но мы там стоим с вами рядом. И я положил вам руку на плечо.

- Потому что нас было много, и мы должны были все уместиться в кадре!

- Правильно. Но посмотрите на вашу голову. Наташа говорит, что так склоняют свою голову на грудь мужчине только любящие женщины!

- Что?! – Глаза Веры Сергеевны вспыхнули негодованием. – Какие ещё любящие женщины?! У вашей жены, что глаз нет? Я склонилась на вашу грудь потому, что боялась, что цветы, которые держит в руках Светлана Гавриловна, закроют моё лицо.

- Да я Наташе тоже долго всё объяснял, но… Чем больше я оправдывался, тем сильнее становились её подозрение. В общем, мне без вашей справки – каюк. Честное слово.

- Но нельзя же так! – опять воскликнула Вера Сергеевна. – Неужели вы такой подкаблучник, что боитесь своей жены как огня?

- Да, я подкаблучник, - тихо прошептал мужчина, но так, чтобы директриса услышала. – Из-за своих детей - подкаблучник. Я, если что, без них жить не смогу. Понимаете?

- Ужас какой-то, - пробормотала недовольно Вера Сергеевна, и взяла из стопки писчей бумаги чистый лист. – Ладно… Если вам нужна справка… Так и быть… Диктуйте.

- Угу, - промычал заместитель. – Пишите. Я такая-то, такая-то, подтверждаю, что своего заместителя Ивана Дмитриевича я терпеть не могу.

Вера Сергеевна немедленно подняла на него удивлённые глаза, но он жестом успокоил её.

– Да-да, так и пишите. Терпеть не могу. И ещё добавьте: «И, даже, ненавижу».

- Как это – ненавижу? – не выдержала Вера Сергеевна. – Что значит – ненавижу? Я не могу работать со своим заместителем, которого ненавижу!

Тогда напишите – ненавижу как мужчину. И спать с ним ни за какие деньги не согласилась бы. Даже за миллион. А теперь поставьте свою подпись, и шлёпните печать. Для надёжности.

- Печать в бухгалтерии, - автоматически сказала Вера Сергеевна, потом глазами ещё раз прочитала эту справку, и ужаснулась.

- Но это же – чистейшей воды бред! Так - не бывает! – решительным тоном сказал она, затем сложила лист пополам, вдруг - резко порвала его, а потом ещё раз, и ещё.

- Что вы делаете? – испугался заместитель. – Это же – документ! Мне же он нужен!

- Знаете, что, Иван Дмитрич… - улыбнулась вдруг директриса странной улыбкой. - Я сейчас вот что подумала. Разводитесь-ка вы со своей Наташей, от греха подальше.

- Вы что? – опять испугался он. – Я не могу. У неё – мои дети! Она их от меня увезёт. Обязательно увезёт.

- Не увезёт, - продолжала улыбаться Вера Сергеевна. - У меня есть знакомый - очень опытный адвокат, который вам обязательно поможет. Он сделает всё, чтобы дети - по суду - остались с вами.

- Но я же…

- А если что, - перебила она заместителя, - я вам лично помогу с воспитанием ваших детей.

- Вы? Мне? Поможете? Лично?

- Конечно. Вы мне глубоко симпатичны, как заместитель. И поэтому я вам найду отличную няню. Вы будет очень довольны.

- А Наташа?

- А Наташа пусть едет во Владивосток к маме. Или, пусть приходит ко мне, и мы с ней поговорим тет-а-тет. По душам. Это будет лучше, чем какая-то идиотская справка с печатью.