ЕЙ ПОЗВОНИЛИ И СКАЗАЛИ: «У ВАШЕГО МУЖА ЕСТЬ СЫН». МУЖ УМЕР ТРИ МЕСЯЦА НАЗАД. ОНА ОТКРЫЛА ДВЕРЬ — И УВИДЕЛА МАЛЬЧИКА

Нина Петровна открыла дверь и увидела женщину с ребёнком.

Мальчику было лет пять. Рыжий, круглолицый, с большими серыми глазами.

Нина Петровна смотрела на него и чувствовала, как земля уходит из-под ног.

Глаза были Колины.

Точно Колины — она бы их узнала из тысячи. Такие же светлые, чуть раскосые, с длинными ресницами. Коля всегда смеялся, когда люди говорили, что у него девичьи ресницы.

— Здравствуйте, — сказала женщина. Молодая, лет тридцати, в простой куртке, без косметики. Голос тихий, но прямой. — Меня зовут Света. Это Артём. Он... он сын вашего мужа.

Нина Петровна молчала.

— Я понимаю, что это удар, — продолжала Света. — Я не пришла бы, если бы была другая возможность. Коля... он помогал нам. Каждый месяц. А теперь его нет. Я не знаю, что делать.

— Войдите, — сказала Нина Петровна.

Сама удивилась своему голосу. Ровный. Как будто не ей говорят.

Они прошли на кухню. Нина Петровна поставила чайник. Мальчик сел на краешек стула и молчал — смотрел на неё внимательно, серьёзно.

— Сколько ему? — спросила Нина Петровна.

— Пять с половиной.

— Значит... шесть лет назад.

— Да, — тихо сказала Света. — Это был один раз. Я не буду объяснять как и почему. Скажу только — он сразу сказал, что женат. Я не ждала, что он бросит семью. Я просто... узнала позже, что беременна. Сообщила ему. Он не отказался. Помогал.

— Вы были вместе?

— Нет. Никогда больше. Только помощь. Переводы каждый месяц.

Чайник закипел. Нина Петровна налила чай. Три чашки — себе, Свете и мальчику.

Артём взял чашку обеими руками. Осторожно. Воспитанный.

— Как вы меня нашли? — спросила Нина Петровна.

— Он мне говорил про вас. Немного. Я знала имя, примерный район. Когда он умер — нашла в интернете. Некролог. — Света помолчала. — Я долго думала, идти или нет. Три месяца думала. Решила — надо. Не ради себя. Ради него. — Она кивнула на мальчика.

Нина Петровна смотрела на Артёма.

Пять с половиной лет. Коля знал о нём все эти годы. Помогал. Не рассказывал.

— Он вас любил, — сказала Света вдруг. — Я это говорю не потому что должна. Просто он иногда говорил — вскользь, случайно. Было понятно.

Нина Петровна ничего не ответила.

— Мне не нужны деньги, — продолжала Света. — Я работаю. Справляюсь. Я пришла потому что... Артём знает, что у него есть папа. И знает, что папы больше нет. Он спрашивает про него. Я не знаю, что рассказывать. Я подумала — может, вы захотите... Не знаю. Видеться иногда. Если захотите.

Артём поднял на Нину Петровну глаза.

— Вы его мама? — спросил он.

— Жена, — сказала она.

— А. — Он подумал. — А он вам про меня говорил?

— Нет.

— Он мне про вас говорил, — сказал мальчик просто. — Говорил, что вы умная и добрая. И что вы вкусно готовите.

Нина Петровна поставила чашку на стол.

Встала. Отошла к окну.

Стояла там минуту. Две.

Потом вернулась. Села.

— Артём, — сказала она. — Ты любишь пирожки с капустой?

Он подумал.

— Люблю. Но у нас мама делает с картошкой.

— С картошкой тоже умею. — Она посмотрела на Свету. — Оставайтесь обедать. Если хотите.

Света смотрела на неё.

— Вы... не злитесь?

— Злюсь, — сказала Нина Петровна. — Но не на вас. И не на него, наверное. Уже не знаю. — Она помолчала. — Просто этот мальчик ни в чём не виноват. И он похож на Колю. Очень похож. Это... странно. Больно. Но и другое что-то есть.

Артём слез со стула и подошёл к ней.

— Тётя, — сказал он. — А можно я посмотрю фотографии? Мама показывала только одну, маленькую.

Нина Петровна смотрела на него.

Колины глаза. Колины ресницы.

— Можно, — сказала она.

Они пошли в комнату смотреть фотографии. Нина Петровна показывала, Артём спрашивал — серьёзно, внимательно, как взрослый. «А это где? А это кто? А он улыбался?»

Света осталась на кухне. Нина Петровна слышала, как та тихо плачет. Не вышла — дала побыть.

Потом они обедали. Картошку с котлетами — что было. Артём ел хорошо, не капризничал.

Когда уходили, он обернулся в дверях.

— Тётя, мы ещё придём?

Нина Петровна смотрела на него.

— Приходите, — сказала она.

Закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной.

Стояла долго.

Потом пошла убирать со стола.

Жизнь иногда устроена так, что не спрашивает, готов ты или нет. Просто приводит к двери маленького мальчика с папиными глазами. И ты сам решаешь, что с этим делать.

Нина Петровна решила открыть дверь.