Невеста по переписке

На кровати громко храпела женщина. Мужчина, морщась от запаха, смачно шлёпнул её по мягкому месту.

Она ойкнула и села. Несмотря на духоту, была одета в шерстяные носки и тёплую кофту. Грязный платок сбился набок. Из-под него торчали сальные волосы непонятного цвета.

— Ты кто? — испуганно спросила она.

Вместо ответа мужчина достал из-за пазухи фотографию и поднёс её к самому лицу женщины.

— Узнаёшь?

Она покраснела и зачем-то стала теребить платок.

— Я... Это я. Только двадцать лет назад.

Мужчина сел на грязный стул.

— Ну и зачем? Душевные письма, приглашения в гости? Да к тебе в дом зайти нельзя — желудок сразу выворачивает. А я, дурак, думал, что наконец нашёл родственную душу. Не забыла ещё, кому письма писала? Николай я. Приехал, как и обещал.

Вера вскочила.

— Извини, что так встретила. Мог бы телеграмму прислать. Я бы хоть подготовилась. Пойдём на кухню. У меня вроде суп оставался. Покормлю тебя. Голодный небось.

Николай ответил:

— Конечно. Но только одна просьба: переоденься, пожалуйста. Пахнет от тебя точно не розами.

Вера забежала в другую комнату.

— Так я же на ферме работаю. А навоз цветами не пахнет.

Через несколько минут она вышла в платье и снова повязала платок.

— Ты же писала, что тебе сорок лет. А платок повязываешь, как старая бабушка, — усмехнулся Николай.

— Привычка, — сказала Вера и скомандовала: — Давай за стол.

Николай сел и поморщился. Клеёнка была жирной и липла к рукам. Тем временем Вера открыла крышку грязной кастрюли. Резкий кислый запах сразу ударил по всей кухне.

— Да, хозяйка из тебя никакая. Посуда грязная, стол грязный, тарелки жирные. Ты их вообще моешь?

Вера оскорбилась.

— Конечно. Нагрею воды и мою.

Он вопросительно посмотрел на неё.

— Ну хоть в воду что-нибудь добавляешь? Соду, например, или средство для мытья посуды?

Вера растерялась.

— Нет. Так всегда моя бабушка мыла, и мама тоже. Только они в кипятке мыли. А у меня руки жжёт.

— Тогда давай в магазин. Сейчас список напишу. Держи деньги.

— Да у меня свои есть.

— Ну и что? Я же к тебе в гости приехал. Да, купи ещё бутылочку красненького. За встречу.

Пока Вера шла в магазин, всё думала, как её угораздило ввязаться в эту историю.

На работе они листали газету, а на последней странице была колонка знакомств. Женщины начали её подначивать:

— Верка, это судьба! Сколько можно одной жить? Давай выберем кого-нибудь, и ты ему напишешь.

Дёрнул же её чёрт согласиться. Ещё и выбор пал на Николая.

После первого письма она узнала, что он сидит в тюрьме и до освобождения ему осталось ещё три года. Как-то незаметно началась переписка. Он рассказывал о себе, она — о себе. Даже фотографию отправила, где ей двадцать лет.

Она ведь думала: попереписываются — и всё. Освободится, найдёт себе какую-нибудь зазнобу и уедет. А он, вон, к ней приехал. Да ещё и нос воротит.

Ну и что, что дома не идеальная чистота? Для кого ей стараться? Пришла с работы, поспала, приготовила что-нибудь дня на три — и всё. Вечерами сериалы, где всегда любовь, которой у неё никогда не было.

Хотя нет, была.

Витька Краснов.

Попользовался ею, а женился на другой.

С тех пор Вера махнула на себя рукой. А после того как похоронила бабушку и маму, ей и вовсе стало всё равно.

А ведь Николай хорош собой. Плечи широкие, рубашка белая, брюки со стрелками. Одеколон приятно пахнет.

«А вдруг приставать будет? Господи... Как страшно-то. Может, уйти к кому-нибудь ночевать? Хотя неудобно. Человек ведь ко мне приехал...»

Когда она вернулась с пакетами, то увидела, что Николай немного прибрался. Собрал грязное бельё в одну кучу, подмёл пол и приготовил таз с горячей водой для мытья посуды.

— Всё купила? — спросил он, заглядывая в пакеты. — А теперь иди баню растопи. С дороги помыться надо. И бельё унеси, потом постираешь.

Пока Вера возилась в бане, Николай всё перемыл.

Она с удивлением посмотрела на кастрюлю.

Оказывается, она была голубой, а не серой.

— Ну что, давай поговорим серьёзно. Я к тебе приехал, чтобы жить вместе. Понравилась ты мне. Жилья своего у меня нет — всё бывшей жене и детям осталось. Если я тебе не нужен, сразу скажи. Я уйду и больше не побеспокою. Моё слово крепкое. Ну, что скажешь?

Вера теребила клеёнку.

— Честно, не знаю. Мужа у меня отродясь не было. Обидели меня в молодости. Я даже не представляю, как это — жить с мужчиной. Если честно, боюсь до трясучки. Но ты мне нравишься. И я не знаю, что с этим делать.

Николай улыбнулся.

— Вот за это ты мне ещё больше нравишься. Бесхитростная, камня за душой не держишь. Давай так: поживём как соседи. Если что-то будет не так — сразу уеду. Ну а если сладится, на руках тебя носить буду.

Вера покраснела и засуетилась.

— Надо же на стол что-нибудь приготовить...

Николай её успокоил.

— Пока я в бане буду, всё успеешь. Я долго моюсь.

После бани Николая ждал накрытый стол и свежевымытые полы. Вера, в халатике и с полотенцем в руках, прошмыгнула мимо него. Тоже пошла в баню.

Когда она умылась, переоделась, надела платье и расчесала свои русые волосы до пояса, Николаю захотелось схватить её в охапку и поцеловать.

Но он же обещал.

Спали они раздельно. Она — на своей кровати, он — на диване. Оба не спали почти всю ночь.

Утром Вера убежала на работу.

К её возвращению Николай приготовил завтрак — омлет, бутерброды и чай. Вере было очень приятно.

А сам тем временем обходил запущенный двор и мысленно прикидывал, что нужно купить в первую очередь.

Что тут сказать...

На третью ночь Вера сама пришла к Николаю.

С тех пор прошло четыре года. Они живут вместе и растят маленькую Василинку, которую любят без памяти.

Неважно, что случилось с человеком в прошлом. Каждый может оступиться. Но не ставить же на нём клеймо на всю жизнь.

Каждый заслуживает простого человеческого счастья.