— Сынок, переведи мне деньги. Пенсия маленькая, цены бешеные. Но идти работать ради копеек я точно не стану

— Сынок, вызови мне такси до торгового центра, — как ни в чём не бывало попросила Галина Сергеевна, поправляя шарф у зеркала. — Автобусы сейчас ужасные, да и ноги устают.

Настя молча смотрела на экран ноутбука, где только что закрыла вкладку с ипотечным калькулятором. До первого взноса им с мужем не хватало совсем немного.

— Мам, мы в этом месяце уже оплатили тебе коммуналку и лекарства, — осторожно напомнил Андрей.

Свекровь раздражённо вздохнула:

— Ну не пешком же мне ходить. Или теперь родной матери и такси жалко?

Андрей устало выдохнул и потянулся к телефону. Галина Сергеевна довольно улыбнулась, проверяя содержимое сумочки. Через пять минут она уже спускалась к подъехавшей машине, а молодые супруги молча сидели на кухне своей съёмной квартиры.

— Андрюша, я же просила купить мне тот крем, что в золотой баночке, — Галина Сергеевна недовольно рассматривала содержимое пакета, который принёс сын. — Этот дешёвый совсем не помогает.

— Мам, тот стоит четыре тысячи, — мягко заметил Андрей. — Этот тоже хороший, фармацевт рекомендовала.

— Четыре тысячи! — всплеснула руками свекровь. — Подумаешь, деньги! Я всю жизнь работала, теперь не могу себе крем нормальный позволить?

Галина Сергеевна действительно всю жизнь проработала бухгалтером в небольшой фирме. Когда подошло время пенсии, директор лично просил её остаться:

— Галина Сергеевна, ну хотя бы на полставки! Вы же знаете, новому человеку всё объяснять придётся.

— Нет уж, — гордо ответила она тогда. — Хватит, наработалась. Буду наконец для себя жить.

Первые месяцы пенсионной жизни казались сказкой. Встречи с подругами в кафе, походы по магазинам, поездка в санаторий. Но уже к третьему месяцу стало ясно — пенсии катастрофически не хватает.

— Андрюша, у меня лекарства кончились, — позвонила она сыну как-то вечером. — Переведи пять тысяч, завтра куплю.

— Конечно, мам, сейчас переведу.

Потом были коммунальные платежи, потом сломалась стиральная машина, потом понадобилось новое пальто. Андрей не отказывал — как можно отказать матери?

— Она же одна, — говорил он Насте. — Кроме нас у неё никого.

Настя сначала понимала, но со временем стала замечать странности. На фотографиях в соцсетях у подруг свекрови мелькали рестораны, новые наряды Галины Сергеевны, селфи из салонов красоты.

— Может, ей подработку найти? — осторожно предложила как-то Настя.

— Да ты что! — возмутилась свекровь. — В моём возрасте работать? У меня здоровье уже не то. Да и зачем, когда Андрюша хорошо зарабатывает?

Настя сидела над таблицей расходов и чувствовала, как накатывает отчаяние. Отпуск на море — отменён. Покупка машины — отложена на неопределённый срок. А теперь риелтор сообщил, что квартира, которую они присмотрели, уже продана.

— Опять мама звонит, — вздохнул Андрей, глядя на дисплей.

— Алло, мам? Что случилось?

— Андрюша, у меня холодильник сломался! Совсем не морозит. Нужно срочно новый купить.

— Мам, может, мастера вызвать? Починить попробовать?

— Да ну, он старый уже, десять лет ему. Я присмотрела хороший, с доставкой выйдет тысяч шестьдесят.

Настя видела, как муж устало закрыл глаза.

— Хорошо, мам. Завтра переведу.

После звонка на кухне повисла тишина. Настя больше не могла молчать:

— Андрей, но у неё же месяц назад была новая сумка за тридцать тысяч!

— Откуда ты знаешь?

— Видела чек случайно, когда были у неё. Он на комоде лежал.

На следующей неделе Галина Сергеевна позвонила снова:

— Сыночек, мне на обследование нужно. Суставы совсем болят.

А через день Настя увидела её в инстаграме подруги — свекровь сидела в дорогом ресторане и поднимала бокал шампанского.

Вечером Андрей молча листал банковское приложение. Внезапно он замер.

— Что такое? — встревожилась Настя.

Он медленно повернул экран к жене. Сумма переводов матери за год превышала миллион рублей.

Настя почувствовала, как внутри всё похолодело. Это были их деньги на квартиру. На их будущее. На детей, которых они планировали.

Три дня супруги собирались с духом. Наконец, решились поехать к Галине Сергеевне для серьёзного разговора.

— Вы чего без звонка? — недовольно встретила их свекровь. — Я не готова гостей принимать.

На кухне пахло дорогим кофе. На столе лежали брошюры турагентств.

— Мам, нам нужно поговорить, — начал Андрей. — О деньгах.

— Что о деньгах? — насторожилась Галина Сергеевна.

— Мы подсчитали… За год мы перевели тебе больше миллиона. Это были наши накопления на квартиру.

Свекровь пожала плечами:

— Ну и что? Квартира подождёт. А я что, должна в старости жить как бедная родственница?

— Но вы даже не пытаетесь экономить! — не выдержала Настя. — Рестораны, такси, дорогая косметика!

Галина Сергеевна резко поставила чашку на стол:

— А зачем мне экономить? Я сына растила не для того, чтобы на старости лет копейки считать! Я ему всю жизнь отдала!

— Мам, но у нас своя жизнь…

— Своя жизнь! — перебила его мать. — А обо мне подумали? Я одна, больная, старая!

— Вам шестьдесят два года, — тихо заметила Настя.

— Вот именно! В таком возрасте уже положен покой! — свекровь выпрямилась. — И вообще, Андрей обязан мне помогать. Это его сыновний долг. Так положено!

Андрей смотрел на мать и словно видел её впервые. Исчезла пелена жалости. Растворилось чувство вины. Перед ним сидела здоровая, энергичная женщина, которая просто не хотела брать ответственность за свою жизнь.

На следующий день телефон Андрея зазвонил ровно в девять утра. На экране высветилось «Мама».

— Андрюша, слушай, мой телефон совсем барахлит, — начала Галина Сергеевна без приветствия. — Тормозит ужасно, приложения не открываются. Мне нужен новый. Я присмотрела хороший, тысяч за сорок.

Андрей глубоко вдохнул и ответил неожиданно спокойно:

— Нет, мам. Больше такого не будет.

В трубке повисла оглушительная тишина. Потом раздался недоверчивый голос:

— Что значит «не будет»? Ты как с матерью разговариваешь?

— Мы будем помогать только с действительно важными вещами. Лекарства по рецепту, если не хватает на продукты. Но постоянных переводов и покупок техники больше не будет.

— Это она тебя настроила? — голос Галины Сергеевны стал ледяным. — Жена твоя? Настя?

— Нет, мам. Я сам понял, что мы давно живём не своей жизнью. У нас есть свои планы и мечты.

— Мечты! — истерически рассмеялась свекровь. — А обо мне ты подумал? Я тебя растила, ночами не спала, последнее отдавала!

— Мам, я благодарен тебе за всё. Но это не значит, что я должен всю жизнь…

— Неблагодарный! — закричала она и бросила трубку.

Первые недели Галина Сергеевна демонстративно молчала. Потом начала звонить родственникам с жалобами.

— Представляете, родной сын отказался матери помочь! — рыдала она в трубку двоюродной сестре. — Это всё невестка, настроила его против меня!

Родственники сначала сочувствовали, но когда узнавали суммы ежемесячной «помощи», деликатно меняли тему.

Через два месяца деньги на счету подошли к концу. Галина Сергеевна попыталась взять кредит, но банк отказал — пенсия слишком маленькая.

— Алло, Андрюша? — позвонила она сыну после долгого молчания. — Мне правда нужна помощь. На еду совсем не осталось.

— Мам, я привезу продукты. Составь список необходимого.

— А такси до парикмахерской?

— Нет, мам. Только необходимое.

Реальность оказалась жёсткой, но действенной учительницей. Через три месяца Галина Сергеевна нашла объявление о вакансии администратора в салоне красоты рядом с домом.

— Всего четыре часа в день, — уговаривала её хозяйка. — И клиенты спокойные.

Галина Сергеевна согласилась. К своему удивлению, работа даже понравилась — появилось общение, структура дня, а главное — собственные заработанные деньги.

Постепенно она научилась планировать бюджет, искать скидки, готовить дома вместо заказа еды.

— Знаешь, сынок, — призналась она через полгода, — может, оно и к лучшему. Я себя моложе чувствовать стала.

Год спустя Настя и Андрей стояли в пустой квартире с ключами в руках. Своей квартире. Небольшой двушке на окраине, но своей.

— Не верится, — прошептала Настя, оглядываясь по сторонам.

— Представляешь, ещё и на ремонт осталось, — улыбнулся Андрей.

Вечером они сидели на полу среди коробок, пили чай из бумажных стаканчиков и планировали, где поставить диван, а где — обеденный стол.

— Знаешь, — вдруг сказал Андрей, — если бы мы тогда не решились на тот разговор, мы бы так и жили ради чужих капризов. Спасибо, что поддержала меня.

— Мы семья, — просто ответила Настя. — Настоящая семья.

Телефон лежал рядом на коробке. Он не звонил с просьбами о деньгах. Зато пришло сообщение от Галины Сергеевны: фото с работы и подпись: «В этом месяце сама себе на новое пальто заработала. Горжусь собой!»

Андрей улыбнулся и отправил в ответ фото их новых ключей.

— Мы тоже тобой гордимся, мам.