Фарфоровый заяц

Расскажу вам про Надежду Аркадьевну.

Приехала она к нам в Ключи три года назад. Учительница литературы, на пенсии. Муж умер — рак, быстро. Дочь в Москве, звала к себе, но Надежда Аркадьевна отказалась. Говорит, хочу тишины. Купила домик на краю деревни, маленький, с яблоней в саду.

Тихая была. Вежливая, но — как стекло. Вроде видишь человека, а не достучишься. Магазин, огород, книги на веранде. Мы, соседки, не лезли — понимали.

А у нас в деревне жила Аришка. Восемь лет, рыжая, вся в веснушках. Отец неизвестно где, мать — то здесь, то нет. Росла сама по себе. Озорная была — страсть. То кошку чужую напугает, то огород вытопчет.

И вот в мае случилось такое дело.

На веранде у Надежды Аркадьевны стоял фарфоровый заяц. Белый, ушастый. Старый — ещё советский, таких теперь не делают. Муж ей когда-то подарил.

Аришка играла рядом — мячиком. Мяч — бах! — на веранду. Заяц — бряк! — на пол. Четыре осколка.

Надежда Аркадьевна вышла. Молча посмотрела на осколки. Потом на Аришку.

Аришка стояла и ждала — привыкла что сейчас орать будут, может, за ухо потащат.

А Надежда Аркадьевна говорит:

— Мяч твой?

— Мой.

— Унеси домой. И приходи завтра в девять. Будем склеивать.

— Как склеивать? Он же разбился.

— Японцы склеивают разбитое золотом. Трещины становятся частью красоты. Приходи — покажу.

Аришка пришла. Куда денется — любопытная.

Про золото оказалась история долгая. Золота настоящего у них не было, зашли с другого конца — Надежда Аркадьевна достала клей, кисточку, и они часа три склеивали зайца по кусочкам. Аришка пыхтела, Надежда Аркадьевна поправляла. Про зайца рассказала — как муж нёс его с завода в кармане пальто, завёрнутого в газету.

— А он не разбился тогда?

— Нет. Я разбила потом сама, нечаянно. Муж склеил.

— И вы его не выбросили?

— Зачем выбрасывать? Сломанные вещи не выбрасывают. Их чинят.

Аришка долго на зайца смотрела.

— Надежда Аркадьевна, а людей тоже чинят?

Та помолчала.

— Иногда, — говорит. — Если хорошо постараться.

После этого Аришка стала заходить. Сначала под предлогом — посмотреть как заяц, не рассыпался ли. Потом просто так. Сидела на веранде, листала книги.

— Это про что? — спрашивала.

— Про девочку которая попала в странную страну.

— Интересно?

— Очень.

— Прочитай вслух.

Надежда Аркадьевна читала. Аришка слушала, поджав ноги под себя, и только иногда спрашивала что-то.

Мы, деревенские, смотрели и помалкивали. А я думала: вот ведь как. Обе нашли что им надо было. Одной — чтобы снова зачем-то вставать утром. Другой — чтобы кто-то сидел рядом и читал вслух.

Фарфоровый заяц до сих пор стоит на веранде. Со шрамами видно. Но стоит.