Где-то теряется дыхание

Невестка сказала это мягко, почти виновато:

— Ирина Павловна, вы же понимаете, что нам с Колей нужно своё пространство. Вы можете к нам приезжать, конечно. Но жить вместе...

Сын Коля смотрел в сторону.

Ирина Павловна понимала. Муж умер три года назад. Коля — её единственный. Квартира была двухкомнатная, они в ней жили все вместе, а теперь получалось что квартира — Колина, по наследству, а она — лишняя.

Сняла комнату в деревне Лесная — дешёво, тихо, у пожилой хозяйки Антонины Ивановны. Та почти не выходила из дома, сдавала комнату молча.

Деревня была живая — домов тридцать, в основном пожилые, но и молодые семьи тоже. Через три дома жили Сазоновы — Пётр с женой Олей и четырьмя детьми. Старшей было десять, младшей — полтора года.

Ирина Павловна увидела их в первый раз у магазина. Оля вела сразу троих, младшую несла на руках, и при этом держала тяжёлую сетку.

— Давайте помогу, — сказала Ирина Павловна.

— Не надо, я привыкла, — сказала Оля автоматически. Потом посмотрела на младшую, которая начинала хныкать. — Ой, на самом деле — возьмите, пожалуйста.

Они дошли до дома вместе. Оля пригласила чаю. Ирина Павловна зашла.

Дом был шумный — дети везде, игрушки везде, кот на холодильнике. Пётр работал в городе, возвращался поздно. Оля справлялась одна с утра до вечера.

— Вам не помочь? — спросила Ирина Павловна. — Я свободна, времени много.

Оля посмотрела на неё.

— Вы серьёзно?

— Серьёзно.

— Тогда завтра с утра. Мне надо на почту, а с детьми не получается.

Ирина Павловна пришла в восемь. Ольга ушла на почту. Ирина Павловна осталась с четырьмя детьми, и — удивительно — справилась.

Старшая, Даша, поначалу смотрела с прищуром. Потом увидела, что Ирина Павловна умеет делать бумажных журавликов, и пришла сама.

— Научите?

— Научу.

Они складывали журавликов час. Потом пришли средние — Миша и Катя, тоже хотели. Потом малышка Соня потянулась к блестящей бумаге.

Соседка Зинаида Марковна потом говорила:

— Ирина, ну надо же. Сидите там у этих молодых с утра до ночи.

— Мне нравится, — говорила Ирина Павловна.

— Чужие же дети.

— Зинаида Марковна, — спокойно говорила Ирина Павловна, — они не чужие. Я их знаю уже три месяца.

Коля позвонил в декабре. Спросил как дела, поздравил с наступающим. Она спросила как он. Он сказал нормально.

— Мам, ты не скучаешь там?

— Нет, — сказала Ирина Павловна.

— Правда?

— Правда. Приедете к Новому году — сам увидишь.

Коля приехал. Зашёл в дом — там сидела Оля с детьми, Ирина Павловна что-то лепила с младшей Соней, Даша читала рядом.

Коля постоял в дверях.

— Мам, ты как дома.

— Да, — сказала Ирина Павловна.