Бабка забрала внуков у зятя

Это я вам про бабку Агафью расскажу. Из нашей Каменки.

Дочь Агафьи, Нюра, вышла замуж в сорок седьмом. За Ивана Гусева. Тракториста. Он пил. Сначала по праздникам. Потом — каждый день. Бил Нюру. Агафья знала. Нюра молчала, говорила: мам, не лезь.

В пятьдесят восьмом Нюра умерла. Простудилась, слегла — а Иван даже за фельдшером не сходил. Пил. Агафья узнала через неделю — жила в соседней деревне.

Остались трое: Колька девяти лет, Галка шести, Петька трёх.

***

Агафья пришла на похороны. Увидела внуков. Колька стоял у гроба в рваной рубахе. Галка — босая. Петька сидел на полу и плакал. Иван был пьяный. Стоял у гроба и качался.

Агафья ничего не сказала. На поминках — тоже. А после поминок сказала Ивану:

— Детей забираю.

Иван засмеялся.

— Это мои дети. Куда ты их заберёшь? Тебе шестьдесят пять.

— Забираю, — сказала Агафья.

***

Иван не отдал. Сказал: только через мой труп.

Агафья уехала одна.

Через месяц соседка Ивана прислала ей с оказией записку. Одну строку: «Агафья, твой Колька третий день ходит с разбитым лицом. Галка не ест».

Агафья встала. Надела тулуп. Взяла палку. Пошла пешком. Двенадцать вёрст. Зимой.

***

Она пришла в Каменку к ночи. Иван спал. Пьяный. Дети сидели на печи. Холодной.

Агафья разбудила их. Колька посмотрел на неё — и сразу всё понял. Стал одевать Галку. Агафья взяла Петьку на руки.

Иван проснулся, когда они уже были на пороге. Встал. Пошатнулся.

— Ты куда? Это мои!

Агафья обернулась. Стояла с Петькой на руках. Колька и Галка — за её спиной.

— Твои, — сказала она. — Ты их отцом сделался по пьяни. Ты им мать в гроб вогнал. А теперь сына бьёшь. Хочешь отобрать — приходи трезвый. Тогда поговорим.

Она ушла. Иван не догнал — ноги не держали.

***

Иван пришёл через неделю. Трезвый. С участковым.

Агафья встретила их на крыльце. Трое детей — за ней.

Участковый спросил Кольку: ты с кем хочешь жить?

Колька сказал: с бабой.

Галка сказала: с бабой.

Петька, трёхлетний, ничего не сказал. Просто спрятался за бабкину юбку.

Участковый посмотрел на Ивана. Ничего не сказал. Уехал.

***

Иван приходил ещё два раза. Пьяный — Агафья не пускала. Трезвый — пускала. Он сидел на лавке, смотрел на детей. Молчал. Уходил.

В шестьдесят втором он бросил пить. Совсем. Пришёл к Агафье. Попросил детей обратно.

Агафья сказала: дети большие. Пусть сами решают.

Колька, тринадцатилетний, сказал: я с бабой.

Галка сказала: я к папке буду ходить. Но жить — с бабой.

Петька не помнил отца совсем.

Иван ушёл. Но ходил каждое воскресенье. До самой смерти Агафьи в семьдесят первом. Потом — помогал хоронить. Плакал у гроба тёщи больше всех.