Сироту кормила вся улица

Это у нас в Ракитине было, в сорок седьмом.

У Нюрки Гавриловой, девяти лет, в феврале умерла мать. Отец погиб. Родни — никого. Изба осталась. Нюрка в ней одна.

Председатель сказал: в детдом. Нюрка сказала: не пойду. И убежала. Нашли её через два дня — в своей же избе, на печи, холодной.

Тогда бабка Мотря, соседка, сказала у колодца:

— Бабы. Давайте по чередам. Как в старину пастуха кормили.

***

В старину так делали. Пастуха кормил каждый двор по очереди: один день — у одних, другой — у других. Бабка Мотря предложила так же — Нюрку.

На улице было одиннадцать дворов. Каждый двор — один день. Нюрка приходила утром, завтракала, обедала, ужинала. Ночевала у себя. А назавтра — к следующим.

Голод был. У самих есть нечего. Но на одну девчонку раз в одиннадцать дней — находили.

***

Нюрка ходила по дворам год. Каждый день — в новой избе. У Клавы Зотовой — картошка с молоком. У Дарьи — пустые щи, зато горячие. У деда Евсея — тюря. У бабки Мотри — лепёшки из лебеды, но с солью.

Нюрка за еду помогала. Где воды принести, где младших покачать, где полы помыть. Её учили — каждая хозяйка по-своему. Одна — шить. Другая — прясть. Третья — печь.

***

Однажды в правление пришла женщина из районо. С бумагой. Почему девочка-сирота не в детдоме?

Председатель вызвал бабку Мотрю. Бабка Мотря пришла. С ней — десять баб. Все одиннадцать дворов.

Бабка Мотря сказала:

— Девка сыта. Одета. В школу ходит. Учится на пятёрки. Её одиннадцать матерей растят. Вам в детдоме столько не найти.

Женщина из районо посмотрела на них. Записала: «Находится на попечении общественности». Уехала.

***

Нюрка ходила по дворам до четырнадцати лет. Потом пошла работать на ферму. Сама.

Анна Гаврилова выросла. Стала поваром. Сорок лет варила в колхозной столовой.

На её свадьбе в пятьдесят шестом во главе стола сидели одиннадцать женщин. Она сама так рассадила. Каждой поклонилась в пояс.

А когда в Ракитине умирала какая-нибудь старуха из тех одиннадцати, Анна всегда варила на поминки. Сама. Бесплатно. Говорила: я у неё за столом каждый одиннадцатый день сидела. Пять лет.