Расписался в больничной палате
В сентябре пятьдесят восьмого года инженер Кировского завода Роман Гусев, тридцати шести лет, разведённый, возвращался вечером с работы и у булочной на Октябрьском проспекте увидел мальчишку. Лет шести. Сидел на ступеньке, размазывал слёзы. Роман прошёл мимо. Потом вернулся.
— Ты чей?
— Мамин. Егорка Лебедев. Маму на скорой увезли. Позавчера. Я есть хочу. У меня ключ есть, но я до замка не достаю.
Отца у Егорки не было — ушёл, когда он родился. Родни не было. Мать, Ирина, работала швеёй, выросла в детдоме.
***
Роман купил хлеба, колбасы, молока. Довёл Егорку до дома — барак на Филейке. Открыл дверь. Комната девять метров. Чисто. На комоде фотография: молодая женщина с мальчиком.
Егорка ел, не жуя. Потом уснул прямо за столом. Роман уложил его, укрыл. Сел на табуретку.
Он подумал: что я тут делаю? Потом посмотрел на спящего мальчишку. И понял, что уже не уйдёт.
***
Утром он нашёл Ирину. Через справочное. Областной туберкулёзный диспансер. Открытая форма. Запущенная.
Врач сказал Роману в коридоре: месяц. Может, меньше. Стрептомицин уже не помогает.
Ирина лежала в общей палате. Худая, прозрачная. Увидела Егорку — заплакала. Спросила Романа: вы кто?
Роман сказал: я его друг.
Ирина сказала шёпотом: у меня никого нет. Когда я… отвезите его в мой детдом. В Слободской. Директор меня знает.
***
Роман приходил каждый день. С Егоркой. С фруктами, с цветами. Договорился, чтобы Ирину перевели в отдельную палату — заплатил санитарке, поговорил с главврачом. Вызвал из Вятских Полян свою мать — сидеть с Егоркой.
Через три недели он пошёл к юристу на заводе. Спросил: я могу усыновить чужого ребёнка?
Юрист сказал: ты холостой, разведённый, мальчику никто. Отдадут в детдом, и дальше очередь. Год, два. Если вообще дадут.
— А если я на его матери женюсь?
Юрист посмотрел на него долго.
— Тогда ты отчим. Мать может подать заявление на усыновление мужем. Пока она жива.
***
Роман договорился в загсе. Заведующая, пожилая, выслушала его. Сказала: в больнице мы не расписываем.
Роман сказал: она не встаёт. Ей осталось две недели.
Заведующая взяла книгу регистрации и печать. Поехала с ним.
***
Роман вошёл в палату с цветами. Встал у кровати.
— Ира. Выходи за меня. Я Егорку в детдом не отдам. Но я ему никто. А так — буду отцом. По закону.
Ирина смотрела на него долго. Потом сказала: да.
Их расписали за десять минут. Ирина подписала заявление на усыновление. Рука дрожала. Подпись вышла кривая.
***
Ирина умерла через девять дней. Роман сидел рядом. Егорка спал на соседней койке — врач разрешил.
На похоронах Егорка держал Романа за руку. Спросил: мама сказала, ты мой папа. Это правда?
Роман присел перед ним. Сказал: правда.
***
Егор Романович Гусев вырос на Филейке. Стал инженером, как отец. Роман больше не женился. Говорил: я женат. Один раз. На девять дней. Мне хватило на всю жизнь.
