Нёс дочь через пургу
В феврале сорок девятого у Николая Лаптева, тридцати шести лет, скотника из деревни Высокое, заболела дочь. Нюрке было семь. Живот. Правый бок. Жар. Фельдшер посмотрел, побледнел. Сказал: аппендицит. Гнойный. Резать надо. Сегодня. Иначе — перитонит, и всё.
До районной больницы — сорок вёрст. На улице — пурга. Вторые сутки. Дорогу замело. Машины не ходят. Лошадь не пройдёт — снег по брюхо.
Фельдшер сказал: ждать. Пурга кончится — повезём.
Николай спросил: а сколько ждать?
Фельдшер не ответил.
***
Жена Николая умерла в сорок шестом. Нюрка была у него одна.
Он посмотрел на неё. Она лежала на печи. Красная. Стонала. Держалась за бок.
Николай встал. Надел тулуп. Валенки. Взял лыжи — охотничьи, широкие, отцовские.
Фельдшер сказал: ты что? Пурга. Сорок вёрст. Ты не дойдёшь.
Николай сказал: дойду.
***
Он завернул Нюрку в два одеяла. Привязал к себе на грудь — полотенцами, крест-накрест. Застегнул тулуп поверх. Надел лыжи.
Вышел.
Ветер сбивал с ног. Снег — в лицо. Видно — на два шага. Дорогу не видно совсем.
Он шёл по телеграфным столбам. От столба к столбу. Столб — ориентир. Дошёл до одного — искал следующий. Иногда не находил. Возвращался. Искал снова.
Нюрка стонала у него на груди. Он чувствовал её жар сквозь одеяла.
***
На двадцатом километре он упал. Лыжа зацепилась. Он упал на бок — на свой бок, не на Нюркин. Лежал в снегу. Вставать не было сил.
Нюрка сказала из-под тулупа:
— Пап. Мне больно.
Он встал.
***
На тридцатом километре у него отказала левая нога. Отморозил. Он шёл на одной лыже. Волочил вторую ногу.
На тридцать пятом Нюрка перестала стонать. Он остановился. Расстегнул тулуп. Посмотрел. Нюрка была без сознания. Но дышала.
Он застегнул тулуп. Пошёл дальше.
***
Он вошёл в районную больницу в четыре утра. Через одиннадцать часов после того, как вышел из дома.
Дежурная медсестра увидела в дверях снежную гору. Закричала.
Николай расстегнул тулуп. Развязал полотенца. Положил Нюрку на кушетку. Сказал: аппендицит. Режьте.
И упал на пол.
***
Хирург оперировал Нюрку через двадцать минут. Аппендикс уже прорвался. Начинался перитонит. Хирург сказал потом: ещё два часа — и не спасли бы.
Нюрка выжила.
Николаю отняли два пальца на левой ноге. Отморожены.
***
Он ходил с палкой всю жизнь. Хромал. Нюрка выросла. Стала хирургом. В той самой районной больнице.
Она проработала там тридцать пять лет. Оперировала аппендициты, грыжи, переломы.
Однажды, в семьдесят девятом, в такую же пургу, в больницу на тракторе привезли мальчика. С аппендицитом. Отец его приехал на тракторе с ним. Сорок вёрст, по столбам.
Нюрка оперировала. Потом вышла к отцу мальчика. Тот сидел в коридоре. Трясся.
Она села рядом. Сказала: всё хорошо. Успели. А потом добавила: моего отца тоже так. Только он пешком нёс. На груди.
