Её борщ

Тёща Зинаида Михайловна позвонила Максиму в среду.

— Максим. Ты придёшь в воскресенье?

— Зинаида Михайловна, мы же разошлись с Таней.

— Знаю. Я не Тане — тебе звоню.

Он помолчал.

— Зачем?

— Потому что ты один сейчас. И потому что я умею варить борщ.

Максим не знал что ответить.

— Зинаида Михайловна...

— Максим. В воскресенье в два часа. Если не придёшь — буду звонить каждый день пока не придёшь.

— Это шантаж.

— Это забота. До свидания.

Она положила трубку.

Максим пришёл в воскресенье.

Зинаида Михайловна открыла дверь — маленькая, прямая, в фартуке.

— Раздевайся. Суп горячий.

Тани не было — она у подруги.

Максим сидел за знакомым столом, ел борщ который помнил пять лет.

— Зинаида Михайловна, — сказал он.

— Что.

— Зачем вы это делаете?

Она смотрела на него.

— Потому что ты хороший человек, — сказала она. — Вы с Таней просто не подошли друг другу. Это с людьми бывает. Но ты хороший человек.

— Вы не обязаны...

— Максим. Я тебя пять лет знала. Ты всегда приносил мне цветы на день рождения. Помнишь, я болела позапрошлой зимой — ты приехал и починил кран. Таня не просила — ты сам.

— Это ничего такого.

— Это всё такое, — сказала Зинаида Михайловна. — Ешь.

Он ел. За окном был ноябрь.

— Зинаида Михайловна, — сказал он. — А Таня знает что вы звоните?

— Нет. Это моё дело.

— И не скажете?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я мать. Я сама решаю кто хороший человек.

Максим смотрел на тёщу — бывшую тёщу.

— Спасибо, — сказал он.

— Ешь борщ. Остывает.

Он приходил каждое воскресенье. Иногда Таня бывала дома — здоровались, разговаривали нормально.

Зинаида Михайловна варила борщ.

Весной Максим познакомился с Ириной. Пришёл в воскресенье — рассказал.

Зинаида Михайловна слушала.

— Хорошая? — спросила.

— Думаю да.

— Цветы носишь?

— Ношу.

— Тогда хорошо, — сказала она. — Будешь приходить?

— Буду. Если не против.

— Не против, — сказала Зинаида Михайловна. — Суп горячий.