Расписание на холодильнике

Нина Ивановна, семидесяти восьми лет, жила во втором подъезде с сыном Валерой, которому было тридцать восемь и у которого с рождения был синдром Дауна. Весь дом их знал: Валера по утрам выходил с мамой за хлебом, здоровался со всеми по имени и обнимал голубей.

Когда Нина Ивановна слегла с сердцем, она сказала соседке Людмиле: «Если что, не оставьте его. В интернате он не выживет».

Она умерла в ноябре. Через неделю в квартиру пришли двое из опеки с папкой. Валера сидел на кухне в маминой кофте и не понимал, кто эти люди. «Мы устроим его в хороший интернат, — сказала женщина мягко. — Оформляем документы, через неделю заберём».

Людмила стояла в дверях. Она работала продавцом, у неё была дочь-студентка, двушка и скользящие смены. Она не знала, что сказать.

На следующий день по подъезду пошёл листок. Учитель на пенсии Владимир Сергеевич написал карандашом на тетрадной странице: «Расписание».

Понедельник — Владимир Сергеевич: обед, шахматы. Вторник — Людмила: ужин, ночёвка. Среда — Оля из пятой квартиры: прогулка с собакой. Четверг — аптекарша Зинаида. Пятница — мальчишки из десятого подъезда: футбол во дворе. Воскресенье — все вместе, пироги.

Листок повесили на холодильник в Нининой квартире. За неделю в нём появилось ещё две строчки другим почерком. Валера тыкал пальцем в каждую: «Это кто? Это кто?» Ему читали.

Через неделю опека пришла снова. Женщина вошла на кухню, увидела на холодильнике бумагу, исписанную в семь почерков. Прочитала. Подняла глаза на людей в коридоре: человек двенадцать, молча.

— Это что?..

— Это его семья, — сказала Людмила. — Я подам на опеку.

Опекуном Валеры стала Людмила. Расписание на холодильнике висит и сейчас, с новыми строчками. Бумага за три года дважды истёрлась, и её переписывали.