Труба в семь утра

Каждое утро в семь часов из окна на пятом этаже раздавалась труба.

Аркадий Борисович, шестьдесят восемь лет, бывший музыкант оркестра, выходил на балкон и играл один и тот же короткий мотив. Минуты четыре. Потом уходил.

Дом жаловался. Сначала тихо, потом громко. «В семь утра! В выходной!» — писали в подъездном чате. Составили письмо в управляющую. Приходил участковый, вежливый, усталый: «Аркадий Борисович, закон о тишине действует с одиннадцати». «Я знаю», — отвечал тот, и на следующее утро играл снова.

Его просили, потом перестали здороваться. Дети во дворе показывали пальцем: «Чудик с трубой». Соседка с четвёртого, Лидия Петровна, прямо в лифте сказала: «Вы нас всех измучили». Он не ответил, только смотрел в пол.

Через месяц Лидия Петровна не выдержала. В семь утра вышла на балкон в халате с намерением вызвать полицию и вдруг заметила, куда он играет. Не во двор. Мимо двора, через дорогу, в окно больничного корпуса напротив. Окно на третьем этаже, с белыми занавесками.

На следующее утро она встала в без десяти семь и стала смотреть. В семь Аркадий вышел и поднял трубу. И в окне напротив отодвинулась занавеска, и за стеклом показалась женщина в инвалидном кресле, худая, с седой прядью. Она подняла руку и приложила ладонью к стеклу. Так и держала, пока он играл.

Лидия Петровна пошла в больницу, в реабилитационное отделение. Санитарка рассказала: «Это его жена, Валентина Сергеевна. Инсульт четыре месяца назад. Не говорит, но слышит. Он стал играть, когда мы сказали, что ей нужны знакомые звуки. Она ждёт его по утрам, без этого не ест».

Вечером Лидия Петровна написала в подъездный чат одно сообщение: «Кто хочет жаловаться, сначала выйдите на балкон в семь и посмотрите на окно напротив». Жалоб больше не было.

Через неделю к семи утра во двор вышли двадцать человек: взрослые, дети, один с собакой. Аркадий Борисович вышел на балкон, увидел их, смутился и поднял трубу. Он играл, а на третьем этаже напротив у окна стояла вся смена: медсёстры, санитарки, и все махали.

В марте Валентина Сергеевна сказала первое слово. Сказала утром, когда он вошёл в палату с трубой под мышкой:

— Арка.

Он не заплакал при всех. Сел, взял её за руку и сказал: «Ну вот. Теперь можно спать до восьми».