Повитуха приняла полдеревни

Это я вам про бабку Лукерью расскажу. Повитуху. Из Берёзовки.

Врача в Берёзовке не было до пятьдесят восьмого года. Больница — в районе. Тридцать километров. Зимой не доедешь. Весной — грязь. Летом — страда, лошадей не дают.

Рожали дома. А принимала — бабка Лукерья.

Она принимала с девятьсот десятого. Пятьдесят лет. Говорили, через её руки прошла половина Берёзовки. А вторая половина — их дети.

***

Лукерья была маленькая, сухая, с крючковатым носом. Ходила с палкой. Палкой стучала в окно, если надо — днём и ночью. Говорила: кто тут родить надумал?

Её боялись. Мужики шапки снимали. Председатель колхоза — тоже из её рук — при ней не курил.

А роженицы — не боялись. Роженицы её ждали. Как бога.

***

В сорок седьмом, в феврале, рожала Нинка Смолина. Девятнадцать лет. Первый. Двое суток. Ребёнок шёл ножками.

Лукерья сидела при ней двое суток. Не спала. Не ела.

На третью ночь сказала Нинкиной свекрови: топи баню. Жарко.

Свекровь натопила. Лукерья перенесла Нинку в баню. На полок.

Что она там делала — никто не видел. Свекровь потом говорила: я за дверью стояла. Слышала только, как Лукерья молитву читает. Без остановки. И руками что-то.

Под утро из бани закричал младенец. Мальчик. Живой.

Лукерья вышла. Села на приступок. Сказала: повернула я его. Руками. Как в девятьсот двенадцатом у Ефросиньи.

И заснула прямо на приступке.

***

Был случай и другой. В пятьдесят втором. Маруся Гусева родила восьмимесячную девочку. Маленькую. С варежку. Не дышала.

Лукерья взяла её. Опустила в тёплую воду. Потом в холодную. Потом в тёплую. Дула ей в рот.

Девочка вздохнула. Пискнула.

Лукерья положила её Марусе на грудь. Под рубаху. Сказала: держи так. Не отпускай. Месяц. Ты ей теперь печка.

Маруся держала месяц. Девочка выжила.

Девочка эта — потом — Антонина Петровна, фельдшер. Первая в Берёзовке. В пятьдесят восьмом её прислали из училища. Лукерья встретила её на дороге. С палкой.

Сказала: ну, принимай дела.

***

Лукерья умерла в шестьдесят третьем. Девяносто один год.

На похороны пришла вся Берёзовка. Человек пятьсот. Председатель шёл первым. Без шапки.

Антонина Петровна потом считала. По метрическим книгам, по рассказам. Получилось — девятьсот сорок два младенца. За пятьдесят лет. Умерло при родах — одиннадцать. Матерей — две.

В районной больнице, говорят, тогда считали хуже.

На могиле у Лукерьи написали: «Приняла Берёзовку».

Истории и рассказыЧитать истории удобнее в приложении Установить